Пилина Екатерина
Жизнь с тобой и без тебя
Будильник разбудил меня своим резким звоном. Причем так неожиданно, что я подпрыгнула и резво соскочила с постели, предприняв попытку как можно скорее отключить его. Попытка удалась, и, оказавшись в тишине, я облегченно вздохнула и присела на краешек кровати.
Пытаясь открыть упорно закрывающиеся глаза, я с тоской подумала, что было бы не плохо поспать еще пару часиков, но… Сегодня выходит замуж моя подруга Ольга. Именно ради нее я совершила героический поступок и встала в половине восьмого (хотя в последнее время раньше девяти я вообще не высовываю нос из-под одеяла).
Все это объяснялось просто - около года назад я попала под сокращение и уже собиралась искать новое место работы (не потому, что очень хотела этого, а потому, что были необходимы финансовые средства для сносного существования на этой планете), как вдруг выяснилось, что умер мой папочка, которого я при жизни видела очень редко, и оставил мне наследство весьма внушительных размеров.
Моему брату Славке досталась огромная квартира в центре города. Подарку брат удивился и поначалу всерьез обдумывал - оставить ее в пользование или отказаться. Такая нерешительность объяснялась просто - Славка - мамин сын от первого брака и, хотя папа никогда и никоим образом не делал различий между нами, всегда помнил об этом. Поэтому, узнав о квартире, Славка решил, что не имеет на нее прав, и захотел отписать ее мне. Не смотря на то, что братец не бедствует, заведуя одним из самых престижных клубов в городе, я покрутила пальцем у виска и велела оставить глупые мысли - у меня уже есть одна квартира и вторая совершенно не нужна. К тому же мне помимо золота-бриллиантов досталась отцовская дача, расположенная в пригороде в элитном поселке. Стоимость этого дома примерно того же уровня, что и Славкина квартира, так что я не считала себя обделенной.
До получения наследства мы с братом жили в трехкомнатной квартире, которая была нашей едва ли не с самого моего рождения. Но мама умерла, когда мне исполнилось пятнадцать, и двадцатитрехлетнему брату, только вернувшемуся из армии, пришлось крутиться, чтобы мы смогли продолжать жить на сносном уровне. Отец, который после развода с матерью, не поддерживал никаких отношений с нами, узнал о ее смерти лишь через два года и с тех пор стал ежемесячно подбрасывать нам деньги, а спустя еще пару лет дал Славке стартовый капитал на открытие клуба.
В прошлом году Славка женился на другой моей лучшей подруге Таньке, и дружной семьей мы прожили пару месяцев. Потом отцовское завещание вступило в силу, и молодые супруги переехали.
Я стала жить одна в огромной трехкомнатной квартире и радовалась жизни, разъезжая на отцовском “БМВ” и копаясь в дачных клумбах или просто отдыхая у камина в шикарном двухэтажном доме с забором в два метра высотой вокруг участка. Я была в восторге от доставшегося мне дома и всерьез задумывалась над тем, чтобы продать городскую квартиру и переехать жить за город. С каждым днем я все отчетливее осознавала, что жизнь в мегаполисе не по мне, и уже почти созрела для переезда, но тут вмешались брат и дорогие подруги и уговорили меня перенести эти планы на другое время. Другое время не оговаривалось, но я подозревала, что в их понимании это означает “в следующей жизни”.
Шлепая босыми ногами по полу, я добралась до кухни и первым делом заварила кофе. После чашки бодрящего напитка я начала думать, что окружающий мир не так уж плох, а в глубинах организма робко поднимал голову оптимизм.
Испив кофе, я отправилась в ванную, где минут пятнадцать блаженно вздыхала под теплыми струями душа. “Господи, как хорошо жить на этом свете!” - думала я, щурясь и отфыркиваясь.
– Хватит! Пора собираться!
– сказала я себе и не хотя выключила воду.
Я вытерлась, накинула халат и по-прежнему босыми ногами прошлепала в спальню.
Усевшись напротив зеркала, я внимательно оглядела себя. Голубые глаза весело блестят, рыжие волосы необычайно ярки (этому способствовало мое недавнее посещение салона красоты, где меня выкрасили в замечательный оттенок).
– Хороша!
– подмигнула я своему отражению, хотя обычно ничего хорошего я в себе не находила.
Когда я закончила наносить макияж и укладывать волосы, часы в гостиной пробили десять. Теперь ногти (зря я все-таки вчера поленилась посетить салон Шагане). Только я взяла флакончик с лаком, как зазвонил телефон.
– Собираешься?
– услышала я голос Таньки.
– Куда ж я денусь?
– вроде удивилась я.
– Тогда жди. Мы со Славиком подъедем к одиннадцати, так что, пожалуйста…
– Ладно, ладно, - перебила я.
– Поняла. Вы подниметесь?
– Лучше позвоним на мобильник.
Мы временно распрощались, и я стала по-быстрому, насколько это возможно, собираться. Хорошо хоть костюм был отглажен с вечера, и все свои силы и внимание я сосредоточила на ногтях. Конечно, невеста должна выглядеть лучше всех, но и мне не хочется, чтоб на меня показывали пальцем и осуждали.
Уже полностью одевшись, я покрутилась перед большим зеркалом. Если не “пятерка”, то твердая “четверка” мне была обеспечена.
Позвонила Танька и велела спускаться.
– Как погода?
– спросила я.
– Какая погода может быть в середине марта? Промозгло и сыро, - хмыкнула она и отключила связь.
– Сыро, так сыро, - улыбнулась я, надела пальто и вышла из квартиры.
Славкин “Ситроен” стоял напротив подъезда. Я подошла к машине и устроилась на переднем сиденье рядом с братом.