Когда лодка была спущена на воду, лёгкий ветерок сразу же наполнил её паруса и вынес на быстрину, игравшую и слепившую глаза золотистым блеском. Джои присел на корточки у самой воды и отпустил на полную длину бечёвку, к которой была привязана лодка. Он думал взобраться на высокий берег и пробежаться вдоль реки, следуя за ходом кораблика, но перед этим ему хотелось постоять здесь, чтобы полюбоваться на своё творение.

Он был так поглощён созерцанием, что даже не услышал голосов у себя за спиной, и вздрогнул от неожиданности, когда трое парней, намного старше его, появились из зарослей тростника и примостились рядом. Джон крепче вцепился в бечёвку - этих ребят он не знал. Может быть, они с одной из барж, что ходят вверх и вниз по каналу?

– Дай-ка и нам попробовать, - сказал самый старший.

– Хорошо, только на одну минутку, - ответил Джон, - я как раз собирался вытащить её на берег.

Парни выглядели, как настоящая шпана, и Джон был очень обеспокоен. Старший из троицы выхватил верёвку у него из рук и направил лодку круто к ветру, почти положив её на борт и окунув в воду паруса. Когда она приблизилась к берегу, Джон вдруг почувствовал сильный толчок и полетел прямо в заросли камыша. Он шлёпнулся руками в жидкую грязь, и брызги ила ударили ему в глаза. Отплёвывая тину, мальчик с трудом поднялся на ноги и обнаружил, что и парни, и лодка исчезли. Лишь примятый тростник да покачивающиеся ветви плакучих ив напоминали об их присутствии.

Джон выбрался на высокий берег и огляделся. Густой кустарник скрыл похитителей, и невозможно было даже угадать, в каком направлении они убежали. Да и что он мог сделать один против троих, даже если бы и догнал их?

Джон вытер перепачканные тиной руки и отправился домой. Родителей он не застал: они ушли в гости. Позвонить в полицию? Вряд ли на неё произведёт большое впечатление рассказ о хищении игрушечного кораблика.

Узнав о случившемся, отец мальчика принялся за расследование, но никто во всей округе не видел тех трёх неизвестных подростков. За ужином Джон сидел очень тихо, а ночью, лёжа в своей постели, долго и горько плакал. Отец предложил ему сделать новый парусник и обещал при этом свою помощь. Но ведь это будет уже совсем другая лодка! То была его первая, заветная, модель. Разве может он забыть её?

Прошло несколько недель. Джон вместе с отцом смастерил другую лодку и часто играл с ней на реке, но та, первая, не выходила у него из головы. Порой он долго не мог заснуть, вспоминая блеск её свежевыкрашенного корпуса и крутой изгиб парусов. Где-то сна теперь?

Как-то раз Джон отправился в город, чтобы купить маме подарок ко дню рождения. Сделав покупку, он решил вернуться домой кратчайшим путём, извилистыми боковыми улочками. Ему нравились эти маленькие магазинчики и лавчонки, где торговали всякой всячиной, и сейчас он медленно ехал вдоль тротуара, с любопытством разглядывая витрины. И вдруг... Джон остановился как вкопанный: прямо в центре одной из витрин, рядом с какой-то старой гитарой и латунным ведёрком для угля стоял его парусник!

Прислонив к стене велосипед, мальчик кинулся в магазин.

– Там, в окне, лодка... она моя!
– выговорил он, задыхаясь от волнения.
–  Я сам сделал её.

Хозяин лавки, маленький сморщенный человечек, взглянул на мальчика поверх очков.

– Напротив, молодой человек, - ответил он, - это моя лодка! Я купил её несколько недель назад у юных джентльменов и сразу же выставил её в витрине.

– Но это я сделал её! Она моя; честное слово, моя! Пожалуйста, отдайте мне её!

– С удовольствием, но не ранее, чем ты заплатишь её полную цену. Она указана на этикетке.

– Но я истратил все мои деньги...

– Значит, тебе нужно раздобыть их.

Джон понял, что спорить бессмысленно. Но ещё не всё потеряно. Он поспешил домой, где застал отца за работой в саду.

– Папа, - закричал он, с трудом переводя дыхание, - ты не одолжишь мне пятьдесят пенсов?

– Зачем?
– предусмотрительно поинтересовался отец.
– И каким образом ты сможешь их вернуть?

– Я буду мыть машину, косить газон, делать всё, что ты захочешь, но я должен достать деньги! Моя лодка... Если я потороплюсь, то успею в магазин до закрытия.

Отец задумался, глядя на розы, затем вздохнул и кивнул, указывая на машину:

– Садись! Магазин скоро закроется. И потом, если ты поедешь с парусником на велосипеде, то перепутаешь все снасти.

Старик-лавочник как раз собирался закрывать ставни, когда вбежал Джон.

– Вот деньги, - выпалил он.
– Теперь дайте мне, пожалуйста, мою лодку.

Старик усмехнулся.

– Пожалуйста! С удовольствием продам тебе мою лодку, - и протянул её мальчику.

Обратно они с отцом ехали молча. Джон не мог налюбоваться своим сокровищем. Лишь когда машина остановилась у ворот дома, он сказал:

– Знаешь, о чём я думаю, папа? Эта лодка принадлежит мне дважды. Я её сделал, и я её выкупил. Интересно, правда?

– Очень интересно, - согласился отец.
– Значит, тем более надо беречь её...

Но Джон уже не слышал его: он летел к маме, чтобы рассказать ей о совершившемся чуде.