– Вроде как украли? – Это не имело никакого смысла. – Может тело перемещали?

– Нет. Здесь мы с Дайан Мозес сошлись во мнении, хотя вы знаете, что мы вечно не можем найти общего языка.

– Значит, он пролил кровь где-то в другом месте… вернулся домой… и лишился остальной.

– По пути его следования нет пятен крови, так что, не похоже. По трупному окоченению, распределению крови по телу и отказу функций организма – моча просочилась на пол – я могу заключить, что покойный умер за столом. – Сент-Клер провел рукой по лбу. Его жесткие белесые волосы влажно поблескивали от пота. – Основная потеря крови произошла через порезы, которые отличались от остальных. Эти порезы проходили через мелкие вены на обоих запястьях. Остальные раны поверхностные и сделаны после опасных надрезов.

– Чтобы заставить нас подозревать суицид.

– Да, я так себе представляю картину, – патологоанатом задумчиво потер подбородок. – И это не единственная загадка в деле Бандо. Похоже, у старины Джоша была аллергия. Скорее всего, на сульфиты [1], содержащиеся в домашнем вине. Произошла серьезная реакция, он впал в анафилактический шок и умер бы, если бы остался в одиночестве, но мы еще не закончили химический анализ крови. Возможно, он успел бы получить противоядие. Как бы там ни было, в теле обнаружен еще один препарат – GHB или гамма-гидрокси-бутират[2], который бы его полностью обездвижил.

– Наркотик для изнасилования на свидании?

– Один из них, – подтвердил Сент-Клер.

– То есть это означает, что даже если бы у него при себе было противоядие, оставалась вероятность, что он не успеет им воспользоваться.

– А так же не успеет доехать в больницу или позвонить 911. Ладно. Окончательный анализ крови все поставит на место.

– Почему именно GHB? – спросил Рид.

– Обычный уличный наркотик. Если есть связи, относительно легко достать. Еще легче подсыпать в питье. После этого Джош стал мягкой глиной в руках убийцы. Не могу сказать, насколько он был в сознании, мог оказаться даже в коматозном состоянии, но есть большая вероятность, что он полностью осознавал происходящее.

Дверь с противоположной стороны комнаты отворилась, и сотрудник скорой помощи вкатил носилки на колесиках с привязанным ремнями телом в пластиковом мешке. Пока дверь закрывалась, Рид заметил санитарную машину, припаркованную на бетонном пандусе, который вел на улицу.

– Кто может расписаться? – спросил прибывший.

Помощник Сент-Клера посмотрел и кивнул, вытирая руки. Отработанным движением головы он сбросил наушники на плечи, и в стерильной комнате загромыхали утробные звуки баса.

– Итак, – продолжил патологоанатом, – по моему мнению, Бандо не покончил с собой. Произошло что-то другое, и … Вот, поглядите-ка сюда. Я написал об этом в отчете. – Патологоанатом подошел к холодильной установке и выдвинул полку. На ней, накрытое простыней, лежало посиневшее тело Джоша Бандо. Сент-Клер осторожно приподнял простыню. Перед глазами Рида предстал обнаженный труп: неестественного цвета, неподвижный, с разрезами в нескольких местах, где патологоанатом исследовал внутренние органы Бандо.

– Обратите внимание на порезы на его запястьях, – сказал Сент-Клер и осторожно поднял одну руку Джоша. – Большая их часть могла быть сделана правшой, который наносит себе раны на руках. Они соответствуют лезвию ножа с отпечатками его пальцев, который вы обнаружили на ковре недалеко от тела. Но если вы посмотрите сюда… – указал он на участок на запястье Джоша, – вы заметите, что вот эти надрезы сделаны под другим углом, словно режущая поверхность была установлена вертикально. Как я упоминал, раны глубокие, вены перерезаны ровно очень острым инструментом. Похоже на хирургический скальпель или охотничий нож. Именно эти порезы стали смертельными для Джоша. Жертва не могла их сделать самостоятельно.

– Значит, вы утверждаете, что самоубийство было инсценировано.

– Готов поспорить на «феррари».

– У вас нет «феррари»

– Правильно, но если бы была... – патологоанатом опустил простыню и задвинул тело Джоша в охлаждающий отсек. – Семья просит выдать тело как можно скорее. Для вас это будет проблемой?

– Нет, если вы обнаружили все, что нам надо.

– Я с ним закончил, – подтвердил Сент-Клер, опираясь на столешницу и стаскивая зеленые тапочки, надетые поверх ботинок.

Пейджер Рида подал сигнал. Глянув на экран, детектив узнал номер телефона Морисетт.

– Мне нужно бежать. Спасибо, что так быстро провели вскрытие.

– Без проблем.

Рид открыл тяжелую дверь, на ходу нажимая на кнопки сотового. Натертые полы коридора блестели от воска, стены были выкрашены в мягкий успокаивающий зеленый цвет. Он спустился по лестнице к входной двери и распахнул ее. Горячий, тягучий словно смола, воздух ударил в лицо. Местные это вряд ли замечали, но для человека, который вырос в Чикаго и большую часть взрослой жизни провел в Сан-Франциско, было невыносимо жарко. Даже недавний проливной дождь мало что исправил, только оставил несколько луж на улицах.