Сибирь. Одно понятие для десятка погод, температур, капризов и прихотей общего неба.

"Нет плохой погоды, есть плохая одежда", - поговорка в Сибири распространенная, но не всегда утешающая. Снег над спелым, но еще не убранным сентябрьским полем. Февральские бураны, отрезающие деревни от городов. Северные морозы, оккупирующие не свои широты и парализующие транспорт. Дурная летняя жара, "распускающая" болота, по которым еще совсем недавно шли автомашины. Суровая Сибирь, где живут и работают более 20 миллионов советских людей.

Скромный в сравнении с европейским лиственный лес: только береза, осина, ольха, черемуха, рябина, и не найдешь ни дуба, ни орешника, ни ясеня. Зато в каких-то сотнях километров от застенчивых березовых колков Кулунды - царственная остроконечная тайга Кузбасса, темнохвойная ароматная поставщица пихтового масла и черники, "оптической" смолы живицы и мягкой белой древесины. А дальше на восток тянутся лучшие в мире леса, ангарские сосновые в бассейне Ангары, в верховьях Лены стройные, золотистые, излучающие, кажется, теплый солнечный свет даже в беспроглядно-серое предзимнее ненастье. Ажурность лиственниц Тувы и изящная величавость кедров Алтая. Приобские ленточные боры, подпирающие облака, и карликовые полярные березы Таймыра...

И все это Сибирь. Одно понятие для множества неповторимых островков в лесном океане в 5-6 тысяч километров с запада на восток и в 1,5-2 тысячи километров с юга на север.

Как писал А. Чехов о своих сибирских впечатлениях, "сила и очарование тайги не в деревьях-гигантах и не в гробовой тишине, а в том, что разве одни только перелетные птицы знают, где она кончается".

Иссиня-черная, синевато-зеленая, бурая, темно-рубиновая, светло-желтая - поистине бесконечно разнообразие оттенков знаменитого "черного золота" - нефти, так своевременно хлынувшей из недр Среднего Приобья в протянутые руки века моторов и химии.

Многометровые угольные "стены" и "чаши" Кузбасса, Красноярского края, Южной Якутии...

"Шелковый камень" - хризотил-асбест с длиной волокна в 250 миллиметров в Бурятии. (Кстати, эталоном высшего качества признано волокно длиной в 15 миллиметров, и никто не мог предположить, что природа способна настолько превзойти самое себя!) Непритязательно-серые камни Норильска и Талнаха в зеленовато-мшистых пятнах - медь! С тускло поблескивающими металлическими вкраплениями - никель! Жизнь травы, неба, воды застыла навсегда в цветных камнях Забайкалья - в нефрите, сердолике, лазурите, флюоритах. Точно заготовки для праздничных бенгальских огней, разбросаны по берегу Ангары сверкающие камушки - искрящиеся осколки могучего рудного тела, уходящего вглубь чуть не на два километра: богатейшее свинцово-цинковое Горевское месторождение. Поднимешь тяжеленький серый блестящий камушек, положишь на ладонь и, подставляя солнцу многие грани скола, любуешься переливами света, отражаемого тысячами крохотных зеркалец; свинец, настоящий свинец прямо под ногами!

Бьет из-под земли горячий источник. Парок курится над веселым потоком, сбегающим вниз по некрутому склону, а сквозь парок проглядывает изумрудная подстилка - ковер из нежных водорослей изумительного цвета. Все тут чудо: и сам радоновый ручей, и его "банная" 47-градусная температура, не зависящая от температуры воздуха, и непередаваемая красота сентябрьских байкальских берегов со всеми возможными вариантами оранжевых, зеленых, багровых оттенков и сочетаний этих цветов. Славно известны бурятские Хакусы - здравница, подарок природы.

А на других берегах та же природа возвела могучие крепостные стены: почти на 180 километров в три ряда тянутся Ленские столбы - скалы и утесы из известнякового сланца, похожие на мраморные и причудливыми очертаниями напоминающие далекие замки средневековья.

Дикая и мрачноватая красота ленских каменных берегов... И альпийский блеск, и колорит флоры Алтайского нагорья, где все радует глаз яркостью и свежестью красок, где можно собирать праздничные букеты из бледно- лиловых купальниц и алых маков, тюльпанов и незабудок, гиацинтов и ирисов.

Сибирь, Сибирь, Сибирь... Один адрес у тысяч красот, тысяч неповторимостей природы, творца изобретательного и смелого.

Да, у Сибири есть все для того, чтобы влюбить в себя путешественника.

Зеленовато-голубые кристаллы байкальского льда под лучами щедрого весеннего солнца покоряют с первого взгляда. Скальный монолит из розового мрамора в темно-серых прожилках, обрамленный воздушными лиственницами строгих северных лесов Южной Якутии, привлекает к себе созерцателей с такой же силой, как художественное творение рук человеческих.

Слава своевольной горянки Катуни влечет к ней людей издалека-далёка. Идут и идут пешеходы с тяжелыми рюкзаками для того только, чтобы заглянуть в завораживающую кипень катунских перекатов, отдохнуть в живительной прохладе дубравных ее берегов, надышаться впрок свежестью горной воды, целебными ароматами горных трав, горных лесов.

Золотая, тишиной звенящая осень Забайкалья так хороша, что изведавший ее однажды всю жизнь несет в себе светлое воспоминание о возвышающем душу торжественном умиротворении бесхитростно-прелестной природы.