– Ну а врачи здесь, какие, продолжала Маргарита, радуясь тому, что вот так, разом может собрать почти всю первичную информацию по людям возможно причастным к убийству.

– Врачей тоже не очень много, Гиреева и Гекслера вы уже знаете, еще есть Пуманов Виктор Васильевич он вообще-то психиатр, но его сам Узбек привел, а с ним не поспоришь, скажу по секрету, они с главным на ножах, все никак власть над нами не поделят, а что ее делить, власть над нами известно кому принадлежит. Еще медсестра Галина, я вам про нее уже говорил, Гавриил Данилович, ну это врач от бога, просто универсал во всех медицинских специальностях преуспел, да еще старшая медсестра Наргиз Хошимовна, ее тоже Узбек сюда определил, но она все больше по хозяйственной части одеяла, простыни, лекарства, кухня вот это ее епархия, да еще сторож Еремей, он из местных и повара, они здесь вахтовым методом работают.

– Григорий вы сказали, что Еремей из местных, надо понимать, что все остальные тут живут?

– Ну это как сказать, конечно здесь есть блок из нескольких комнат для персонала, но главврач уезжает в поселок, там у него дом есть, то ли собственный, то ли съемный сказать точно не могу, а Пуманов так тот аж областной центр ездит, из-за этого у него с Родионом Петровичем постоянно нелады случаются. А остальные когда как, если пару выходных выпадает, то в близ лежащих поселках у них есть где пожить, а так все в основном здесь, да нашим блатом глаз да глаз нужен, того и гляди собакам сигнал подадим.

– Ах да, совсем забыл, я ж вам про нашу молодежь ничего не сказал.

– А что здесь и молодые встречаются, удивилась Марго

– Увы, встречаются. Болезнь она знаете ли никого не щадит, для нее возраст не помеха.

– Анатолий он бывший автогонщик, сердцеед, гроза всех девушек, дамочек и вдов, сейчас на верху, вряд ли вы его увидите, хотя на все воля божья, говорят, что икона богородицы животворящей у него и Аслан программист от бога, они вдвоем жили, сейчас Аслан только со своим планшетником живет.

Вы Маргарита с компьютером как на Вы?

– Да как все продвинутый юзер, ответила женщина.

– Ну тогда не стесняйтесь, если помощь нужна сразу к Аслану, он никому не отказывает, если приступа нет и встать может, а если и не сможет, то и лежа все наладит. Господи не забирай такую светлую голову, она ох как здесь на земле нужна.

– Георгий, вы упомянули икону, это что талисман такой. Он что всем помогает или только тем, кто православной веры с иронией в голос спросила она.

Ответить Григорий не успел, в помещение буквально ворвался Гекслер.

ГЛАВА 5.

– Маргарита Сергеевна лапушка, что ж вы с первого дня режим нарушаете, прошу, прошу быстренько в процедурную и затем на обед. Григорий у нас балагур известный, он вам еще надоест и не сомневайтесь.

– Марго лежала под капельницей, а врач с медсестрой Галиной суетились возле каких-то диковинных приборов, со шнурами и дисплеями.

– Лазарь Арнольдович, спросила она, а разговаривать мне сейчас можно или надо лежать тихо, как мышь белая подопытная.

– Милая вы моя, вам конечно можно, иначе вы же меня потом по прокуратурам и судам затаскаете.

– О вы и это знаете удивилась она.

– Конечно, у нас тут практически секретов нет, тем более от лечащих врачей, мне о вас все Родион Петрович рассказал, так, что спрашивайте, я весь во внимании.

– Лазарь Арнольдович мне тут Григорий начал про икону рассказывать, а вы ему договорить не дали, так уж будьте добры сообщите следователю о сём артефакте.

– Понимаете Маргарита несколько задумавшись и смутившись начал Гекслер, была у нас тут больная не из высшего общества из простых -Вера Марковна, семья у нее большая и очень дружная, все работящие умельцы одним словом. Так вот когда она заболела, все имеющиеся сбережения ну и ходатайства от нужных людей, которым они чего-то , когда-то строили или чинили, были сюда направлены и наш главврач ее принял.

Матлабуддин конечно поворчал для вида, но потом это дело как-то само собой уладилось. Диагноз у нее был как и у всех, вы же знаете, у нас здесь он только стадиями в основном отличается.

Ну, так вот принесла она с собой иконку богородицы, простую такую, самописную, толи дети ее написали, толи кто из близких родственников, в общем не церковная она не освященная. Вот Вера Марковна на нее и молилась, не за себя, за детей своих и внуков и за всю родню свою. А через месяц, другой, вдруг порумянела так, приосанилась . Стала на кухню бегать поварам помогать, не могу, говорит без работы, барыней в палате валяться не привыкшая я. Гирев не возражал, только велел поварам через час ее выпроваживать, во всем меру знать надобно.