Далее Ариас пишет о том, что после первых боевых вылетов на его «Москасе» забарахлил изношенный мотор, а потому он более двух недель летал на И-16 Н. Иванова. Между 2 и 30 сентября им, якобы, был сбит ещё один CR.32 (имеющимися документами не подтверждается), а 30 сентября в паре с Ивановым — трёхмоторный бомбардировщик (Ju 52 или SM.81), что тоже не подтверждается документами.

Лейтенант республиканских ВВС А.Ариас. Снимок сделан летом 1937 г., вскоре после возвращения из СССР

В полёте пара республиканских И-16 тип 5. Газетный снимок 1937 г.

Следующий крупный бой, в котором участвовал Ариас, по его описанию, произошёл 14 октября 1937 г., когда группа итальянских самолётов пыталась атаковать аэродром Каспе. Она была встречена двумя эскадрильями И-16 и потеряв, как минимум, один бомбардировщик ретировалась.

Как можно прокомментировать этот эпизод? По документам 14 сентября 1937 г. не зафиксировано вообще никаких воздушных боёв. А вот 12 сентября 1937 г. в районе Медиана-Фуэнтес де Эбро действительно произошел крупный воздушный бой, состоявший из двух этапов. Интересно, что в книге Ариаса события этого дня оказались «размазаны» по двум боевым эпизодам — 2 и 14 сентября. Видимо, проявилось всё то же несовершенство человеческой памяти. Реально 12 октября 1937 г. республиканцы подняли на перехват 3 истребительные эскадрильи (две аэ. И-16 и одна И-15, комэски А. Гусев, И. Девотченко и М. Агирре), которые встретились с 35–4 °CR.32. Поднятые им на подмогу ещё 4 эскадрильи к месту боя вовремя не успели и прикрывали подошедшие к тому времени к линии фронта штурмовики P-Z. Восстановить полную картину этого боевого эпизода сейчас уже нереально. Республиканцы заявили о 15 сбитых CR.32, обломки семи из которых были найдены на их территории. По этой логике можно предположить, что ещё 8 «Фиатов» получили повреждения и либо смогли дотянуть до баз, либо упали или совершили вынужденные посадки за линией фронта. По республиканским данным 4 CR.32 сбили советские лётчики, 1 — лично И. Панфилов, 1 — пара А. Гусев — И. Соколов и по 1 — звенья И. Панфилова и П. Смолякова. Ещё по одному «Фиату» в тот день сбили испанцы из 1-й аэ — Мануэль Сарауса, Антонио Ариас и Эдуардо Клаудин (в ряде источников указывается другое имя — Фернандо Клаудин). Итальянцы безоговорочно признали потерю не менее 7 CR.32 из IV-й истребительной группы «воздушного легиона». Погибли сержант Джузеппе Риголи и лейтенант Алессио Нери. Лейтенант Роберто Боскетто попал в плен к республиканцам, по одним данным он посадил подбитый самолёт на «красной» территории, по другим выпрыгнул с парашютом. Лейтенант Франческо Леончини и сержант Уго Корсини спаслись на парашютах — по итальянским данным их повреждённые «Фиаты» столкнулись в воздухе (в некоторых источниках указывается, что эти пилоты погибли при столкновении). С большим трудом посадили на аэродроме свои сильно повреждённые истребители капитаны Гвидо Нобили (ас, на тот момент имевший 9 побед в Испании) и Эрнесто Ботто. Последний был тяжело ранен и ему ампутировали ногу (позднее он вернулся в строй и летал с протезом). Потери республиканцев тоже были чувствительны — были сбиты 3 И-16 и 1 И-15. Погиб советский лётчик Андрей Микулович из эскадрильи Гусева. В 1-й аэ «Москасов» погиб лётчик Эмилио Эрреро Агиллера (судя по всему, именно этого пилота Ариас в своих мемуарах досрочно записал в погибшие 2 сентября). Кроме того, в эскадрилье А.Гусева был тяжело ранен Виктор Годунов, с трудом посадивший свой И-16. Ещё несколько республиканских истребителей получили различные повреждения. Как бы там ни было, но, видимо, первый, реально сбитый Ариасом CR.32, относится как раз к 12 октября 1937 г. и это более-менее подтверждается данными обеих противоборствующих сторон. Правда, кто именно из итальянцев стал жертвой Ариаса, по прошествии времени установить уже вряд-ли возможно.

В ходе широко известного удара 20 И-15 и 44 И-16 по авиации националистов, сосредоточенной на аэродроме Гарпинильос у Сарагосы, 15 октября 1937 г., когда на земле было уничтожено 12 самолётов (три Ju 52, три Не 46 и шесть CR.32, хотя советские источники называли цифру в 30–80 самолётов), Ариас ничем особым себя не проявил. По его воспоминаниям, 1-я аэ в этой операции прикрывала «Чатосы» и штурмовала позиции зенитчиков.

Пилот 1-й аэ «Москасов» у своего И-16 тип 5. Лето 1937 г.

Республиканские лётчики на фоне И-16 тип 5. Осень 1937 г.

К моменту завершения республиканского наступления на Сарагосу, практически не достигшего ни одной из поставленных задач, и окончившегося взятием руин городишка Бельчите, 1-я аэ стала полностью испанской. С ноября ей стал командовать Мануэль Агирре, замкомэска — Эдуардо Клаудин. Все русские лётчики сосредоточились во 2-й аэ. Две эти эскадрильи составили 21-ю истребительную авиагруппу. В ноябре-декабре 1-я аэ «Москасов» многокоратно меняла место базирования, занималась прикрытием наземных объектов (например, порта Таррагона) и эпизодически — штурмовкой наземных целей (поскольку на И-16, в отличие от И-15, не было бомбодержателей, результаты были чисто символи ческие). При этом интересно выглядит информация Ариаса о встрече в этот период в воздухе с немецким Ju 87 (стрелок которого, якобы, чуть не сбил его И-16), поскольку по документам легиона «Кондор», «лаптёжники» в 1937 г. воевали только на Севере, а на Арагонском фронте появились лишь в середине января 1938 г. Впрочем, возможно, Ариас опять перепутал даты.

В декабре 1937 г. республиканские ВВС получили из СССР некоторое пополнение людьми и техникой, что позволило развернуть несколько новых истребительных эскадрилий. В результате А. Ариас стал замкомэска новой, 4-й аэ «Москасов», командиром которой назначили Мануэля Сараусу. Матчасть составили как новые, так и переданные из других эскадрилий И-16 тип 5 и 6, а рядовые пилоты были сплошь необстрелянными выпускниками Кировобадской школы. 29 декабря 1937 г. 4-я аэ приступила к вылетам с аэродрома Алькала-де-Энарес, а затем была переброшена под Тэруэль (где началось новое, поначалу вполне успешное, республиканское наступление). Здесь Ариас, по его собственному признанию, впервые встретился в воздухе с Bf 109В. В своих мемуарах он описывает бой 10 января 1938 г., когда 2-я и 4-я аэ «Москасов», прикрывавшие группу «Чатосов», встретилась в воздухе с «большой группой» «фиатов» и несколькими «мессерами». При этом Ариас со своими ведомыми А. Велильей и С. Кортисо, якобы сбил один Bf 109, а механик Ариаса Сальвадор Дуран (в некоторых советских книгах его имя и фамилию ошибочно пишут, как Хуан Дурам) после этого боя заклеил на его И-16 32 пробоины. Что на это сказать? Увы, но в документах обеих сторон ни о чём подобном, ни в тот день, ни неделю спустя не упоминается. Далее, в книге Ариаса упоминается «Фиат», сбитый им в период 18–20 января 1938 г. В документах есть довольно подробная информация только о двух крупных воздушных боях в районе Теруэля, 17 и 18 января 1938 г. 17 января 32 И-15 под прикрытием 8 И-16 вылетели на штурмовку, в ходе которой встретили 15 Не 111 под прикрытием 4 °CR.32. В последовавшем воздушном бою было потеряно три И-15. Были сбиты и спаслись на парашютах советские лётчики Александр Осипов и Евгений Степанов (последний попал в плен к франкистам) и сын премьер-министра республиканской Испании Ромуло Негрин Михайлов, который перед этим протаранил «Фиат». Ещё два И-15 скапотировали при посадке и получили повреждения. Националисты браво отчитались о 10 сбитых истребителях противника, республиканцы — о четырех сбитых CR.32 и одном Не-111. Достоверно подтверждается потеря три CR-32 — погибли итальянцы Бруно Чесана и Анджело Боэтти, испанец Педро Гиль Эскосин спасся на парашюте; а также серьёзные повреждения минимум одного Не 111 — погиб немецкий лётчик Т. Мартнер из экипажа одного из таких бомбардировщиков. А 18 января 21 И-16, прикрывая 17 P-Z и 17 И-15, были атакованы 6 Bf 109В из 1.J/88 легиона «Кондор» (ведущий Шеллман). Бой был недолгим, немцы заявили о двух сбитых И-16, но и сами потеряли один «мессер». По республиканским данным погиб лётчик Герхард Клейн. Правда, в западных источниках, не отрицающих сам факт гибели этого пилота, указывается, что по их данным, Клейн летал на Не 51 и был сбит зенитками. У республиканцев в этом бою был реально потерян один И-16, погиб советский лётчик Иван Соколов.

Видимо, Ариас участвовал в обоих этих боях. Правда, говорить о том, что Клейна сбил именно он (рассуждая логически, именно этот бой с «Мессерами» он, видимо, относит к 10 января, как первое своё столкновение с Bf-109) вряд ли возможно. В этом случае вероятность надо делить на число участвовавших в бою республиканских истребителей, а их было 38 штук. Точно также сложно говорить и об индивидуальной победе Ариаса 17 января. Оба боя имели массовый характер и в различных источниках на каждый из сбитых самолётов противника называют уж слишком много претендентов.

С некоторой натяжкой на счёт Ариаса можно записать разве что групповую победу (в составе звена) над CR.32 17 января 1938 г. Кроме того, пилоты 4-й аэ участвовали в ещё одном масштабном, 22-минутном воздушном бое, произошедшем 20 января 1938 г. в районе Теруэля, когда 23 И-15 и 20 И-16, прикрывавшие наземные войска, приняли бой с 40 самолётами противника. Республиканцы потеряли один И-16 (погиб советский лётчик Яков Ярошенко) и 2 И-15 столкнулись в воздухе. Иван Горшков и не названный по фамилии в документах испанец спаслись на парашютах. Ещё один И-15 с испанским пилотом был подбит и сел на вынужденную. Республиканцы доложили о 5 сбитых «фиатах» и 3 «мессерах», националисты — о 8-10 сбитых. Документально подтверждена потеря одного CR.32, на котором погиб итальянец Ренато Андреани, и одного «Ромео» Ro-37, который был повреждён, а его пилот, майор Негрон, командир группы 1-G-12, был смертельно ранен. Штурман, капитан Мира пытался посадить подбитый самолёт, но, в итоге, разбился. В принципе, Ариас мог бы претендовать на победу над «Фиатом» или «Ромео» в этом бою. Но в его мемуарах с датой 20 января почему-то вообще ничего не связывается. Возможно, он в тот день уже отбыл на побережье, с частью 4-й аэ.

Продолжая дальнейший рассказ нельзя не упомянуть о таком распространённом среди республиканских лётчиков-истребителей явлении, которое можно условно назвать «мессершмиттомания». Практически любой республиканец-истребитель (русский, испанец, американец, француз и т. д), опубликовавший после войны свои воспоминания, обязательно пишет о том, что неоднократно дрался с «мессерами» и непременно «сбил не меньше одного». Интересно, с чего бы это вдруг, учитывая небольшое количество 109-х (по разным данным — максимум 131 машина за три года войны, считая сюда прототипы и не успевшие толком поучаствовать в боях 40–45 Bf 109Е). Для сравнения: CR.32 в Испанию поставили 376, а Не 51 — 131–135 штук) и, в общем, малую распространённость до 1938 г. Что же касается Ариаса, то он без сомнения несколько десятков раз встречался с Bf 109 в испанском небе, и провёл с «мессерами», как минимум, несколько боёв. Но из всех его заявок на победы над Bf 109 документального подтверждается от силы одна, да и то, скорее всего, групповая.