По личному делу.

– По личным делам Анна Свиридова принимает по вторникам с двух до четырех, - сказала Баба-Яга, икнула и захлопнула дверь.

Постояв несколько секунд, Георгий снова позвонил, решив довести начатое дело до конца, уже начиная сожалеть о том, что затеял всю эту игру в благородство.

– Ну что еще? – раздраженно протянула неприветливая хозяйка квартиры номер тридцать пять, чуть приоткрыв дверь.

– Мне очень нужна Анна Свиридова, помогите, пожалуйста, ее найти.

– Тогда считайте, что Вы ее уже нашли, - провозгласила она и оглядела с головы до ног посетителя. Опасений он не вызывал, и Нюрка смело смотрела ему в глаза, ожидая, что услышит, наконец, зачем она ему понадобилась.

Взглянув в лицо очевидному и приняв факты, как неопровержимые, ему пришлось признать, что эта Баба-Яга «пенсионного» возраста с запахом трехдневного алкоголя и есть не кто иной, как его спасительница Анна, в простонародьи Нюрка.

– Меня зовут Георгий. Георгий Карелин, - начал он.
– Я тот самый человек, которого Вы спасли на дороге месяц назад. Мне было плохо с сердцем, а Вы меня «откачали», - одним духом выпалил Карелин и замолчал, переминаясь с ноги на ногу.
– Вот пришел сказать «спасибо».

– Входите, - как-то по иному посмотрела на него Нюрка и впустила в дом.
– В прошлый раз Вы выглядели несколько иначе, - произнесла она, - похуже, - и изобразила уголками губ некое подобие улыбки. – Как Вы себя чувствуете?

– Спасибо, значительно лучше. И в основном благодаря Вам.

– Чего уж там, - махнула рукой Нюрка и, что-то вспомнив, метнулась в комнату. Через минуту она вернулась и протянула маленькую черную коробочку.

– Вот. Это несомненно Ваше. Она лежала на земле после того, как Вас увезла «скорая», а я не знала, как ее отдать.

За давностью прошедших дней Карелин забыл про этот невостребованный подарок. Вернее даже не вспомнил.

– Оставьте себе, - он протянул обратно сверкающее колечко, ведь должен же я Вас как-то отблагодарить.

– Неужели Вы оцениваете свою жизнь так дешево? – в голосе Нюрки послышалась издевка, и его обдало холодом серых глаз. – Или Вы думаете, что люди помогают друг другу, предварительно удостоверившись в платежеспособности другого?

Георгий понял, что она обиделась. Но он совершенно искренне предложил ей этот подарок. Стараясь загладить вину, он произнес:

– Я не хотел Вас обидеть, простите. Но я действительно обязан Вам жизнью. И пришел для того…

– Чтобы сказать мне «спасибо», - продолжила за него Нюрка, - Хватит любезностей. Говорю ответное "пожалуйста" и закончим на этом.

В воздухе повисла пауза. Карелин переминался с ноги на ногу, чувствуя, что говорить больше не о чем и ему пора уходить. Но тут он подумал, что если бы не эта Баба-Яга, то он бы уже месяц нюхал цветы из-под мраморной плиты за кованой оградкой.

– Ну что же. Тогда я пойду, - он вопросительно посмотрел на Анну. – Если смогу быть Вам чем-нибудь полезным, буду только рад.

Порывшись в портмоне, он выудил и протянул последнюю, чудом уцелевшую визитку:

– Звоните в любое время.

Распрощавшись, он вышел. Дверь захлопнулась, оставив Карелина в полном замешательстве и растерянности. Он не мог понять, какие чувства в нем сейчас преобладают. Неприязнь, разочарование, жалость? Они присутствовали в первый момент. А сейчас он испытывал чувство исполненного долга и все-таки благодарности. Господи, да какая ему разница кто эта женщина и почему она пьет. Он жив благодаря именно ей, а все остальное уже неважно.

На площадке Карелин увидел мужчину в майке на лямках советского производства и синих вылинявших трико с пузырями на коленях. Он курил, облокотившись о перила лестницы, и с любопытством посматривал на Георгия.

– Как она? – неожиданно произнес мужчина, кивнув на только что хлопнувшую дверь.

– В каком смысле?
– не понял Георгий.

– Ну, пьяная или трезвая?

– Да я не понял, - пожал плечами Карелин.

– А чего там понимать? Если злая, значит трезвая, а добрая, тогда уже обязательно выпившая. Она у нас такая.

– Тогда, наверное, трезвая, - вспомнив явный агрессивный настрой Анны во время их недавней беседы проанализировал Георгий. – Она что, часто выпивает?

– Постоянно, а то Вы не знаете? – удивился собеседник.

– Почему я должен это знать, - в свою очередь спросил Георгий.

– Вы разве не от Бориса?

– От какого еще Бориса?

– Зятя ее. Какого еще? – мужчина выпрямился и, скомкав окурок, нахмурился. – Если не от Бориса, тогда чего расспрашиваешь?

– Я не расспрашиваю, Вы сами меня спросили, - рассердился Карелин. – Я просто пришел поблагодарить ее за то, что спасла меня.