– Спасибо Вам.

Максим постоял еще секунду и сказал:

– Марина, Вы очаровательная женщина и прекрасная любовница. А этот Аркадий, полнейший идиот, что ушел от Вас. Он еще об этом сто раз пожалеет. Простите его, он сам не знал, что имел в руках такое счастье. Но обратно не пускайте. Он Вам не нужен. Вас должен любить мужчина достойный.

Сказав «до свидания», Максим махнул рукой и вышел. Марина закрыла глаза, вдохнула остатки его аромата в воздухе и поняла, что влюбилась как глупая шестиклассница в этого мужчину, которого вызвала на час и за любовь которого только что расплатилась деньгами.

Она знала, что это абсурд, чепуха, первое впечатление. Что это просто восторг от полученного удовольствия, и он скоро пройдет. Но сейчас она упивалась воспоминаниями и сохранившимися ощущениями последнего часа и не хотела думать ни о чем, способном разрушить ее сказочный мир.

Трагедию по поводу ухода из ее жизни Аркадия Марина пережила на удивление легко и безболезненно. Вспомогательных факторов было несколько. Во-первых, отвлекала любимая работа, в процессе которой она постоянно находилась среди людей. Во-вторых, после его ухода вечерами она много думала о том, что же все-таки их связывало на протяжении этих лет совместной жизни - любовь, привязанность, уважение, привычка, взаимные интересы, одинаковый взгляд на жизнь или что-то еще?

В первые годы любовь действительно была, но постепенно она стала превращаться в какое-то спокойствие. Они больше не волновали друг друга как в первые месяцы знакомства, их не сближали интересы, общности которых впоследствии не обнаружилось (ее раздражал его теле-футбольный фанатизм, а его - ее бесконечные уговоры сходить на природу или просто в парк погулять). Он был махровый домосед, а она романтик-путешественник. Они любили разные фильмы и разные стили одежды, разную музыку и разную еду. Но даже при таком наборе различий во вкусах и пристрастиях многие пары умудрялись жить долгие годы в любви и согласии. Но Аркадий не хотел детей. Он даже не позволял ей завести кошку, чтобы та не нарушала его покой и порядок в доме. Обо всем этом Марина почти не думала до того злосчастного дня. Ведь в целом они с Аркадием жили не хуже других. Его покладистый характер гасил ее вспыльчивость. У них были общие друзья, с которыми проходили все праздники и дни рождений. Обоих такая жизнь в целом устраивала, тем более, что их возраст был уже не студенческий, и поменять ее на какую-то другую просто не представлялось случая. До тех пор, пока в Аркадия не влюбилась его студентка и не убедила своего преподавателя в том же самом по отношению к себе. Наверное, она была молода и красива, а главное, настойчива и по-женски хитра, раз сумела так скоро найти подходы и приручить ее Аркадия. Марине после этого он так и не позвонил, и она философски рассудила, что все, что ни делается, к лучшему

О Максиме, без которого разрыв с Аркадием наверняка превратил бы ее жизнь на долгое время в сплошной кошмар, она думала намного чаще, чем сама этого хотела. Тот эпизод в ее жизни оказался если не самым ярким, то в любом случае одним из самых приятных и абсолютно не стыдным и не непристойным, как считала она раньше. Марина снова хотела его видеть, слышать, чувствовать его, вдыхать запах волос.

И она позвонила.

Максим сразу узнал этот тихий робкий голос и улыбнулся. Он вспомнил ее первый телефонный звонок, когда, сбиваясь и стесняясь своих слов, она пыталась попросить то, что многие женщины с такой легкостью и уверенностью требовали от него. Разумеется, не даром. Его труд высоко оплачивался. Но хозяйский повелительный тон некоторых клиенток всегда задевал. Максим знал, что занимается таким родом деятельности, который не афишируют, которым не гордятся и не хвалятся, а общественность в большинстве своем категорично осуждает так называемый «массаж для состоятельных дам» или «эскорт-услуги», предлагаемые на последних страницах рекламных газет. Он также прекрасно знал один из главных законов рынка - предложение будет существовать до тех пор, пока существует спрос. И этот спрос был. Максим не лукавил сам с собой и называл вещи своими именами. Да, он продавал за деньги свое тело, которое было красивым (регулярно, два-три раза в неделю он истязал себя на тренажерах в зале и питал кожу водой в бассейне). Он продавал профессиональный секс и знал, что предлагает товар высокого качества. Максим не был виноват в том, что очень многие женщины в силу различных причин и сложившихся жизненных обстоятельств были лишены того, за что он позволял им заплатить. Не имеющие рядом красивого мужчины покупали безупречные лицо и мускулы. Другие утоляли свою физически неудовлетворенную страсть. Некоторые желали снова оказаться в юности с помощью объятий молодого мужчины, пытаясь убедить себя в том, что они все еще молоды и прекрасны. Ведь Максим не был их стареющим спутником жизни, который одной, вроде бы ласковой фразой «привет, старушка» мог вытравить надолго все желания и чувства может и не очень молодой, но все-таки женщины, которая хочет остаться юной и любимой до самой смерти. И Максим предлагал им хоть на часок оказаться такими, какими женщины, звавшие его, хотели быть. Они покупали сказки, мечты, фантазии, которые не имели в жизни или стеснялись реализовать. А многие были ему очень благодарны просто за то, что он молча терпеливо выслушивал о накопившихся проблемах и неприятностях. Они искали в нем мужскую защиту, поддержку, решение вопроса, иногда просили совета. Он становился их психоаналитиком.

Марина же попала в ту категорию несчастных брошенных женщин, горечь потери у которых была еще достаточно свежа. Максим знал по своему личному опыту, что в таких ситуациях его терапия помогала очень хорошо. Как видно, не ошибся он и на этот раз. Голос Марины был спокоен, весел и расслаблен:

– Максим, здравствуйте, это Марина. Вы, наверное, меня не помните?

– Напротив, я помню Вас очень хорошо, Марина Васильевна Гончарова,- произнес Максим и нисколько не солгал. Перед его глазами живо возник образ этой хрупкой маленькой женщины, с которой он встретился совсем недавно. В области любви и секса Максима трудно было чем-либо удивить, и поэтому он по достоинству оценил Марину как женщину, сделав ей на прощание абсолютно искренний комплимент. А про себя отметил, насколько бывает обманчива человеческая внешность. Ведь на вид в Марине невозможно было даже заподозрить столько скрытой страсти, сколько она излила на него.

Ему приятно было слышать этот тихий голос.

– Снова проблемы?
– спросил Максим, зная точно, что никаких проблем нет, а она просто хочет опять его видеть.

– Нет, - сказала Марина, - я просто хочу Вас увидеть. Это можно?

– Разумеется.

– Я никак не могу забыть тот вечер.

Немного помолчав, она выпалила:

– Когда ты приедешь?

Неожиданно перейдя на «ты», Марина заволновалась и отругала себя за несдержанность. Но было уже поздно. Она начала терять контроль над своими чувствами и эмоциями. Вновь услышав голос Максима, она уже хотела этого мужчину. Нотки страсти в голосе выдавали ее с головой. Он понял все, и ее настроение передалось ему тут же. Через час Максим обещал быть у нее.

Летя по ночному городу на сверкающем «Харлее», он улыбался и глотал теплый встречный ветер, развевающий его волосы и надувающий пузырем мягкую куртку. Ему было двадцать семь, он был молод, здоров, красив, доволен жизнью и старался не думать о том, правильно ли живет, и как будет жить лет через двадцать. А пока...

Пока он мчался к дому, где его ждала милая молодая женщина, то и дело разглаживающая ладонью складки простыней на кровати и каждые пять минут выглядывающая в окно в ожидании сказки, которую она сама себе придумала.

И все же Марина не заметила, когда Максим вошел в подъезд и быстро взбежав по ступеням остановился у знакомой двери. Он повернул ручку, и дверь неслышно отворилась. В коридоре света не было. Постояв немного, давая возможность глазам привыкнуть к темноте, и уже угадывая контуры мебели, Максим направился к спальне, расположение которой хорошо запомнил с прошлого раза.

У противоположной стороны комнаты в проеме окна словно бестелесный призрак в лунном свете мерцал силуэт женщины. Пробирающийся с ночного двора ветер слегка колыхал тонкую ткань штор, задевающих своими движениями не то мираж, не то реальность. Боясь нарушить тишину и спугнуть видение, он подошел ближе и, не удержавшись от соблазна, осторожно коснулся губами затылка женщины, ощутив мягкий шелк волос и тонкий, едва уловимый аромат духов, свежесть чистой воды и тела. От прикосновенья Марина вздрогнула, но не повернулась и прошептала: