— Ник, Ник, Ник, — сказала я, положив руки на бедра. — Мне жаль, что я не могу сказать, что это был сюрприз.

Угрюмо, Ник скривился от боли в плечах. Лицо его было опухшим синяком, и я подумала, Ку’Сокс избил его, потому что не получил от нас колец.

— Ты позволишь мне объясниться, или просто предположим, что ты знаешь, что происходит? — сказал он.

У меня задергался глаз.

— Держите его, — сказала я сухо. — Держите на Святой земле. Дженкс, ты не мог бы слетать за ремешками?

— Твою ж мать! — сказал пикси, когда он осознал всю опасность, что Ник мог превратиться, а затем он метнулся в церковь, оставляя за собой узкую полоску пыльцы, показывающей его путь. Услышав, что гул крыльев исчезает, Джакс стал алым. Его крылья и в правду были разодраны, но главные жилы не были повреждены. Он восстановится. Даже в ярости, Дженкс был осторожен.

Окружающие горгульи зашелестели крыльями, что-то низко шепча, когда они усмехнулись моей предосторожности.

— Он не ускользнет от нас, — сказал Этюд, его голос показывал насмешливую уверенность, и я потянула линию, а горгульи прижали уши.

— Помните, я говорила вам о демоне? — сказала я, вытягивая чистую энергию и наполняя ей свою ци. — О том, у которого был Бис? Он может заскочить в этот кусок дерьма, как в старый башмак.

Этюд изогнул хвост, вопросительно, а Ник что-то пробормотал, когда держащие его острые когти ущипнул его за плечи.

— Так вы не возражаете, если я свяжу его? — добавила я, медленно шагая в сторону Ника по траве. — Просто быть на Святой земле не остановит Ку’Сокса от влезания в Ника. Ремешки, хотя бы, по крайней мере, буду препятствовать Ку’Соксу использовать линию, если он почувствует потребность зайти и посмотреть, как поживает его любимый человечек. Обходя наше соглашение, о том, что он оставит меня в покое.

— Ку’Сокс не владеет мной, — сказал Ник, а я пожала плечами.

— Все меняется. — Я остановилась перед ним, чувствуя себя уверенно с животом полным энергии и пятьюдесятью горгульями, поддерживающими меня. — Ты уже говорил мне что-то подобное, малыш Ники? Прости, если я не поверю тебе. — Может, мне не следовало быть такой самоуверенной, но я была так зла на Ника, что мне было все равно.

Горгульям пришлось поднять его, и у меня создалось впечатление, что он был распят. Ник прищурился на меня, ему явно было больно.

— Ты была права, — сказал он, его слова были слабыми от боли в спине и плечах. — Ой-ой-ой. Я здесь, чтобы помочь. Ты прекратишь делать мне больно?

Звук шлифования камней, вероятнее всего, был смехом, и крошечный трепет предвкушения прошел через меня. О-о, пожалуйста…

— Я была права, да? — сказала я и двинула бедром. — В чем я была права? Я так много всего тебе говорила. Дженкс, поторопись. Я совсем не умею вести монологи.

Ник задергал ногами, и горгульи зашипели.

— Трент лижет ему ботинки, — сказал Ник, не в силах смотреть мне в глаза. — Ты была права. Я больше не нужен Ку’Соксу. Я хочу помочь тебе.

Я наклонилась, готовая ударить его по ногам, если он попытается меня пнуть. Две горгульи держали его за руки, это может быть очень плохой жизненный выбор. Из-за него умерли Кери и Пирс. Я сузила глаза. — Ты тоже нам не нужен, Ник.

Дверь в задней части церкви хлопнула, и я повернулась, отходя от Ника, чтобы он не смог до меня достать. Серебряный блеск пулей метнулся к нам, оставляя яркий след; от проведенного внутри времени Дженксу стало теплее, как я и надеялась. Сейчас для него было слишком холодно. Завтра не будет лучше. Как я собиралась убедить его остаться дома? Он все поймет по оправданиям.

Айви шла за ним, двигаясь быстро, пока она не оказалась среди гигантских фигур, она замедлила шаг к более уважительному. Одна из ее катан была в руке, и она опустила ее вниз, став медленно движущейся тенью, когда горгульи ответили на нее, поставив уши торчком.

— Свяжи фейрийскую гниду, — сказал Дженкс, когда он уронил гибкую полоску серебра в пластмассе в мою руку.

Я откинула волосы с плеча, чтобы дать Дженксу теплое место для приземления, но он вместо этого сел на плечо к Этюду, выглядя крошечным на плече гиганта. Волна жара исходила от горгульи. Мой взгляд остановился на Нике, и я заколебалась. Я не хотела прикасаться к нему. Он мог прыгнуть на меня.

— Позвольте, — сказал Этюд после того, как Дженкс сдержанно прогудел в гигантское ухо, и я с благодарностью отдала ему полоски пластика. Его когтистые руки ловко двигались, он дал пальцем жест, и две горгульи, держащие Ника, поставили того ноги на землю, чтобы они могли связать его руки впереди.

— Спасибо, — прошептала я тихо, и Этюд щелкнул ушами.

Ник хмыкнул, сдвигая плечи в облегчении, когда полоски затянулись на запястьях со звуком, который заставил меня вздрогнуть.

— Я понимаю, почему ты не доверяешь мне.