«Это было бы здорово! – ожил Прохор-2. – Я об этом даже не подумал!»

«Зато подумал Дан и попросил меня. Жди, вернусь, как только что-то прояснится».

Прохор-11 вытащил свою «душу» из головы «родича», птицей метнулся назад, в родное тело. Открыл глаза.

– Что? – спросила требовательно Юстина, сидевшая в ногах на кровати и не сводившая с него глаз.

Он сел, поискал глазами чашку с водой.

Юстина подала ему воду.

– Ищут. – Он жадно выпил всю минералку. – Это пока всё.

– Моя очередь?

– Они надеются. Только прошу тебя…

– Мне инструкции не нужны, я всё помню.

– И всё же прошу тебя, будь осторожна.

Юстина легла, сосредоточенно глядя в потолок, закрыла глаза.

Прохор, испытывая внутренний дискомфорт, тихонько уселся на кровати. Ему было бы гораздо легче идти в поиск самому, но в сложившейся ситуации помочь любимой он не мог ничем. Единственным утешением служила мысль, что Охотники не должны были устраивать засады и ловить формонавтов других трансперсональных линий, в данном случае – «родственников» Усти и Юстины. Вряд ли они знали, что и женщины научились входить в пространство Числовселенной.

Миг перехода он пропустил. Лишь когда Юстина перестала шевелиться, понял, что она ушла в иные измерения. Дыхание женщины стало медленным и поверхностным, и так же медленно заработало сердце, подчиняясь физиологической автоматике организма, вынужденного поддерживать жизненные ритмы «на автопилоте» в отсутствие главного «жильца» – психосферы Юстины, её личностного «Я».

Прошла минута, другая.

Прохор сбегал на кухню, принёс минералки, поставил на тумбочку возле кровати.

Прошло пять минут. Юстина отсутствовала.

Он заставил себя успокоиться и перестал контролировать каждую минуту. Мелькнула мысль: что он будет делать, если она не вернётся? Усилием воли отогнал эту вредную мысль.

Юстина зашевелилась на одиннадцатой минуте после своего нырка в Числовселенную, открыла глаза.

Прохор торопливо подал ей чашку с водой.

Она выпила, полежала, розовея.

Глаза их встретились.

– Нашла?! – не выдержал он.

– Нет, – ответила она раздражённо. – Трижды заходила… темно… она жива, это чувствуется, но то ли спит, то ли…

– Находится под воздействием психотропиков! Ей сделали укол! Охотники тоже понимают, что мы можем искать её через трансперсональную связь, и заранее подготовились к этому.

Юстина поднялась, хмуря брови.

– Плохо.

– Чего ж хорошего? – согласился он. – Конечно, плохо.

– Плохо, что мы ничем не можем ей помочь, находясь здесь, в нашем превалитете. Я бы подняла на ноги весь ОМОН!

– Сам хотел бы туда попасть – вживую, физически.

– Допустим, попал бы, и что? Ни тебя, ни меня там никто не знает, наши связи останутся тут, в Суздале, как и средства.

Прохор кивнул, соглашаясь. По числомирам перемещались не физические объекты – люди во плоти и крови, а лишь их психосоматические «субстраты», образующие личность формонавтов, способные мыслить и сопереживать.

Хотя, пришла неожиданная мысль, почему бы не попытаться вселиться в других людей? Они уже делали это, когда сражались с Охотниками полгода назад.

Мысль мелькнула и исчезла.

– Будешь общаться со вторым? – Юстина направилась в ванную.

Прохор очнулся.

– Да, конечно.

– Поговори с ним, я приготовлю завтрак, всё равно уже не уснуть, да и ложиться на полчаса нет смысла.

Прохор снова улёгся на кровать, привычно прокачал через себя алгоритм числоперехода.

Прохор-2 сидел в машине.

«Ты? Что?! Где она?!»

«Юсь не смогла определить, – виновато признался Прохор-11. – Устя то ли спит, то ли… без сознания».

Прохор-второй сник.

«Гадство! Я так надеялся!»

«Охотники подстраховались. Вряд ли они знают точно, что Устя тоже формонавт, но решили каким-то образом заблокировать её мыслепортал. Я имею в виду сознание».

«С-сволочи!»

«Полностью согласен. Но Устя жива, это главное, и они не могут всё время держать её в бессознательном состоянии. Я думаю, она очнётся и сама свяжется с нами. То есть с Юстиной».

«Хочется верить».

«Ничего другого не остаётся, дружище. Не психуй, мы найдём её! Появится инфа – заходи».

Прохор вернулся в своё тело. Юстина возилась на кухне, и он заглянул туда.

– Ничего, ноль.

– Этого следовало ожидать. – Юстина закрыла холодильник, держа в руке бутылку молока. – Рисовую кашу будешь?