– Какой к черту костюм? Твоя больная фантазия меня ...

– Бесит? – ее голос сорвался на крик, а сама она поднялась на цыпочки, чтобы заглянуть ему в глаза.

– А что если так?

Не известно, сколько бы они переругивались, смотря друг другу в глаза, и чем бы вообще перепалка закончилась. Ни Эрик, ни Даниэлла не замечали уже, где они находятся. Все отошло на второй план.

– Вы вдвоем похожи на сварливых детей, - услышали они властный голос Эммы. – Как вы представляете себе следующий выпуск, если не в состоянии найти компромисс? Первый и последний раз я делаю это за вас. Мы берем хеллоуин и осень из концепции Даниэллы. Это будет современная ведьма. Думаю, детали вы додумаете сами. Хоть это вы можете сделать, не убив друг друга?

Они молча согласились и разошлись по своим местам. Бросая друг на друга злые косые взгляды, они пытались вслушаться в остальные выступления. Эрик что-то чирикал на листе. Эмма снова погрузилась в свои мысли. И только одной Даниэле казалось, что лицо до сих пор горит от возбуждения, а красные пятна выдают ее мысли и чувства. Почему-то она вспомнила слова Джерри. «Твой Эрик в жизни еще лучше, чем на фото». Сколько возможностей у нее было для сравнения. Но почему-то именно сейчас, когда нужно думать о работе, в голову лезут мысли только о нем.

«Джерри прав. Он всегда выглядит очень стильно. И прекрасно подбирает парфюм. Черт, да он почти идеален. Правда, только внешне. Но в такую внешность я влюбилась бы, если вообще была бы на это способна. Его наглые холодные серые глаза – самое красивое, что я видела в жизни. А за такие длинные изогнутые к верху ресницы можно отдать целое состояние. Очень стыдно, но я с трудом сдерживаю себя, чтобы не впиться его идеальные губы. Поцеловать его, а потом задушить. Его кривоватая самодовольная усмешка, и ощущаешь нехватку воздуха в легких. Настоящий темноволосый греческий бог. Не мудрено, что девушки вешаются на него. Скорее всего, он даже не прилагает усилий.»

После совещания Эмма зашла к Даниэле. Сторм готовилась к разбору полетов. Сейчас она понимала всю глупость спора, затеянного на виду у подчиненных. Однако Делакур-Фостер не отчитывала ее, как маленького ребенка. Это изначально был не ее стиль.

– Попробуйте работать вместе. Я понимаю, что вы не приятны друг другу. Но лучше оставьте это на послерабочее время. Я не хочу считать свой выбор ошибкой.

– Да. Я постараюсь быть менее резкой.

– Поверь мне, компромисс найти легче, чем ты думаешь. Нужно только прижать свою гордость, - добавила Эмма.

Эмма посмотрела на часы. Все же журнал не так гладко работал без нее. Конечно! Если вместо одного главы мы имеем двух непримиримо гордых титанов, о мире не может быть и речи. Но как ни крути на вулкане жить веселее. Только бы он не рванул раньше времени, погребя под своим пеплом журнал. Как раз этого Эмма и не допустит. Именно поэтому она и приехала. Этих заносчивых деток стоит образумить. Хотя негатива было много, но Эмма видела серьезную работу. Оба, кроме того, что топили друг друга, отчаянно боролись за место под солнцем. Только вот зачем это место Эрику? Он будет работать в главном офисе. А это разогрев перед свершениями, оценка талантов и способностей.

Глава 8 Великий Комбинатор

Эрик

Только что из моего кабинета вышла Эмма. Отгадайте, что она тут забыла. Лучше бы любимые цветочки с окна. Да, я до сих пор их не выкинул. Вместо этого она учила меня жизни. Какого хрена Эмма вообще приперлась из отпуска? Скучно, что ли стало? Да мы со Сторм чуть не порвали друг друга. Но зачем устаивать из этого трагедию? Ведь и ежу понятно, что это место мое. А Сторм… ну впрочем, не важно. Как ни печально это звучало, но идея Даниэллы не устраивала меня только из-за автора. Я вышел из своего кабинета и пошел по коридору. С одной стороны я знал, что это решение самое правильное, да и ведьма не ожидает от меня этого, а прочитать удивление в ее шоколадно-карих омутах будет забавнейшим занятием, но с другой я сам воспринимал это слабостью и предательством по отношению к своим убеждениям. Сделав глубокий вдох, я приоткрыл дверь в ее кабинет. Даниэлла сидела за своим столом с телефонной трубкой в руках. Увидев меня, она испугано подскочила и кинула ее на место.

– Тебя стучаться не учили? – спросила она как можно строже, но ее выдавали большие, как у олененка, напуганные карие глаза.

– Я пришел не ругаться, - ответил я, решая пропустить ее колкость, иначе мы продолжим с того места, на котором нас прервала Эмма.

Чего же она так боялась? Что я услышу ее телефонный разговор? Вряд ли мое появление навело столько страха. По крайней мере, такой реакции я еще не видел ни у одной девушки. Хотя Сторм же ненормальная.

– Хочешь узнать сорт героина? – поинтересовалась она.

– Нет. Хочу попросить твои наброски для общей обложки, - я едва сдержал смех.

Она непонимающим взглядом уставилась на меня. Вот она минута славы. Видеть в ее глазах растерянность, значит выиграть сражение. Присев в уютное кресло я наслаждался ее потерянным видом.

– Да. Хорошо. Сейчас, - ее голос стал тихим и кротким.

Даниэлла подала мне папку. Я наклонился к столу, чтобы взять заготовки, но девушка не отпускала их. Ее глаза блеснули. Сторм возвращается в свое нормальное состояние.