– Девочки, а ну прекратите галдеть!
– К нам подошла все еще недовольная Наталья Геннадьевна.
– Вы что не видите, что ей плохо от шума, что вы создаете, да она вся побледнела. Идите-ка отсюда.

– Нет, пожалуйста, мы будем очень тихо!
– запротестовала самая шумная Женя, но медсестра была непреклонна.

– Ну, можно хотя бы одна останется?
– предложила более практичная Леся.

– Можно, а все остальные кыш!

– Я останусь, - отрезала Леся, - девочки идите на обед.

Безоговорочно приняв такое лидерство, все потянулись к двери, Наталья Геннадьевна смерила нас внимательным взглядом, сказала "Только тихо" и ушла в соседнюю комнату по каким-то своим делам.

– Ну, как ты?
– тихо спросила Леся и опустилась рядом со мной. Кровать под ее весом слегка прогнулась, при этом жалобно скрипнув.

– Плохо, все болит.

– Так что все-таки произошло.

С минуту я молчала, смотря на подругу и взвешивая каждое слово, которое собиралась сказать. Первая и единственная здравая мысль у меня была лишь в том, что она мой самый близкий человек в этом месте.

– Это Лера, - призналась я тихо, оглядываясь в сторону двери, где скрылась медсестра.

– Надо же, и почему я ни капли не удивлена!
– Леся поморщилась, смотря на меня взглядом "а я же тебе говорила".

– Она, видимо, пошла за мной, она.... в общем, сказала, что я должна оставить Игоря, и потом, схватив за волосы, приложила об раковину, вот и все.

Я отвела глаза и уставилась в белую стену. Несложно было догадаться, сколько укоризны сейчас в глазах моей подруги, а ведь она предупреждала меня о чем-то подобном. На удивление она тоже молчала, спустя время Леся неожиданно вцепилась в мою руку и крепко сжала ее. Удивленная до невозможности я перевела взгляд на лицо девушки. Ее глаза были широко распахнуты, весь ее вид говорил о внезапном озарении, только что лампочка над головой не замерцала.

– Лена, это она змею подкинула!
– медленно проговорила Леся, словно боясь меня напугать или просто сомневаясь, что я на данный момент хорошо воспринимаю информацию.

– Ты думаешь...?
– с сомнением переспросила я.

На самом деле, какова вероятность, что змея могла заползти к нам из внешнего мира и пригреться именно в моей кровати, наиболее вероятно, что животное было бы поймано еще на улице, но незаметно проползти в здание, это уже из ряда фантастики.

Леся продолжала выразительно смотреть на меня.

– Я уверенна. Видимо, ты ее сильно разозлила.

– И что мне делать?
– я застонала и спрятала лицо в ладонях.

Нет, конечно, я сталкивалась в детдоме и с жестокостью, и с насилием. Но то, что я видела до этого и, то, что может произойти здесь, чисто гипотетически располагается на разных планетах. Если в детских домах, не искушенных какими-то отдельными подготовками в драке, я была хороша и всегда давала сдачи, то здесь, в ситуации, где Лера намного сильнее меня, даже подумать страшно о перспективах. Ну, предположим, я сталкивалась с более сильными соперниками в физическом плане, это не такая уж и нерушимая проблема, как бы ни казалось на первый взгляд. Но здесь все намного сложнее, моя соперница сильнее меня и в моральном плане тоже. Если мне достаточно просто доказать себе, сопернику и окружающим, что я победила, то сомневаюсь, что Лера вообще сможет остановиться. В месте, где нас учат делать вид, что не существует заповеди "не убий", говорить о морали просто смешно. Где гарантия, что, в конце концов, она не дойдет до грани и не убьет меня. Можно ли считать педагогов гарантом моей безопасности, или они будут только рады, что их ученики в свободное от тренировок время посвящают практике...

Мурашки побежали по коже, когда я представила, что практически на грани смерти.

– Ладно, Лена, мне пора идти на занятия. Я еще позже зайду. А ты пока... думай. Игорь не стоит твоей проломленной голову, уж поверь.

Я промолчала. Что толку спорить? Однако я даже для себя затрудняюсь определить, чего он стоит, а чего нет.

Сразу после ухода девушки я задремала. Когда я открыла глаза, то поняла, что все также нахожусь в больничной палате, правда теперь здесь царила практически неразличимая тьма. Дверь скрипнула и приоткрылась, пропуская вместе с собой тонкую полосу света. Я напряглась, но так и не смогла различить лица. Силуэт медленно подошел ко мне, мои глаза уже начали привыкать к полуночной темноте, и я вздрогнула, когда увидела улыбающуюся Леру. Я дернулась, чтобы подскочить с кровати и убежать, но осознала, что не могу сдвинуться с места. Испуганно посмотрев на свое тело вниз, я увидела, что руки и ноги мои привязаны к кровати.

– Не бойся, это совсем не больно.

Шепнула девушка и, улыбаясь, достала из-за пояса своих брюк длинный нож. Я задергалась сильнее в своих путах, в конце концов, должна же я выбраться. Только сейчас я вспомнила о единственном оружии, что осталось при мне, это мой голос.

– Нет! Не трогай меня! Нет!

– Тссс...

Совершено не смутившись из-за моих воплей, она приставила леденящее кожу лезвие к моему горлу и, надавив, резко полоснула в сторону.

Я закричала, слыша, как хлюпнула кровь, что пролилась из моего горла и, чувствуя, как она течет вниз по моей груди. И в этот момент я проснулась.

Тяжело дыша, я сидела на все той же больничной кровати, уткнувшись к кому-то в грудь. Сильная широкая ладонь гладила меня по голове.

Я резко отпрянула от неизвестного и увидела Болотова

– Вы?

– Я-то уже с налету врываюсь к тебе в комнату, чтобы отругать за прогул занятия и тренировки, а мне твоя подруга говорит, что ты в больнице. Я смотрю у тебя было максимально спортивное утро, только вот координация подвела, - как ни в чем ни бывало, заметил мужчина, словно он только что не обнимал меня, и, протянув руку, слегка коснулся моей повязки на голове, проводя пальцем в сторону виска. Даже этого несильного прикосновения хватило моей голове для возмущения. Я сморщилась, чувствуя, как боль прокатилось волной по голове, и снова утихла. Мужчина поднялся с кровати, отдернув руку.