— Угу, — пробурчала я, недовольная тем, что приходится вспоминать неприятные моменты. — Шуточки у тебя, знаешь ли… Ладно, проехали. Так зачем звонишь-то?

— А может, я соскучился?

— Ага. А прятался ты от меня всю неделю исключительно для того, чтобы посильнее соскучиться? — Ни капли не поверив, язвительно поинтересовалась я.

— Ты меня раскусила, — усмехнулся сосед. — Нет, и в самом деле, мышь. Может, поднимешься? Я тебя чаем напою.

— Э-э-э, спасибо, как-то не хочется, — неуверенно протянула я, опешив от такого предложения.

— А у меня печеньки есть. Вку-у-усные, — протянул он. — Сам испек.

— О-о-о, тогда тем более в следующий раз, — открестилась я. — Вдруг еще отравишь?

— Накануне выступления? Держи карман шире! А потом мне одному отдуваться прикажешь?

— Ой, да лааадно, не такая уж и проблема. Держу пари, у тебя не один сольник в запасе есть, — хмыкнула я. — Серьезно, Тимошин, нет. У меня на завтра запланировано слишком много дел, хочу выспаться.

— Ну ладно, в другой раз. Какие дела-то, мышь? У тебя же завтра пары!

— Разные, — неопределенно ответила я. — На учебу я не иду. Не переживай, к четырем появлюсь, как раз к твоему приходу успею и переодеться и аппаратуру подготовить.

— Да, по поводу одежды… — замялся парень.

— Тимошин, я не понимаю, чем тебе так не понравилось мое платье? Я в нем еще в шестнадцать лет выступала, и ничего.

— И ничего хорошего, Лиз. Как тебя только твои родные в таком виде на сцену выпустили?

— А они и не видели. Ни платья, ни самого выступления. Мы занимались подготовкой только с бэндом и с… еще одним человеком.

— Ясно все с тобой, — вздохнул Тимошин. — Кстати, в жизни не поверю, что твой парень спокойно позволил тебе нарядиться в эту развратную тряпку.

— Тимошин, мы, кажется, договаривались не касаться этой темы, — предупреждающе заявила я.

И не спокойно, кстати. Мы с Димкой спорили до хрипоты, даже посуда летала, чего за нами отродясь не водилось. Я обиделась так, что не разговаривала потом с Антоновым неделю. Помирились мы только на генеральном прогоне. Но зато с тех пор у нас не было ни одного подобного крупного скандала. Все расхождения во мнениях мы старались выявить сразу, не давая обычному спору перерасти даже в крики, не то что во что-то большее.

— Лиза-а-а! Ты там где? Обиделась, что ли? — Голос Тимошина вернул меня к действительности.

— Нет. Просто задумалась, — я тряхнула головой, собираясь с мыслями. — Ладно, Тимошин, я собираюсь ложиться спать, чего и тебе советую. Завтра все надо довести до идеального состояния, а это значит, часа четыре репетиции.

— О'кей, я понял, мышь. Давай тогда, спокойной ночи и до завтра

— До завтра, — эхом откликнулась я, отключая телефон.

— Лизка, такими темпами ты опоздаешь!

— Все под контролем, мам, у меня все просчитано, — прохрумкала я, доедая наспех подхваченное печенье.

— Запей хоть, вон твой чай на столе, — вздохнула родительница, наблюдая, как я мечусь из комнаты в комнату, то надевая юбку, то вдруг решая переодеться в брюки, но в последний момент обнаруживая, что они мятые и снова напяливая на себя юбку. Чертыхаясь, все-таки включаю утюг и глажу кофту.

— Дочь, угомонись, у меня уже в глазах рябит, — жалобно выдохнула мама.

— Не переживай, через десять минут выхожу, — отозвалась я, пытаясь одной рукой накрасить ресницы, а второй запихать-таки в ухо сережку. Тюбик с тушью я при этом зажала в зубах.

— Ужас, покачала головой она, выходя из ванной.

Через пять минут, зашнуровав кроссовки, я крикнула:

— Все, я ушла!

— Стой! — Маман на всех порах вылетела в прихожую и подозрительно осведомилась: — ты документы-то взяла?

— Ам-м… Черт! — Я хлопнула себя по лбу и, уже не разуваясь, понеслась в свою комнату.

Забрав папку с документами и, на всякий случай, взяв еще и флешку с их копиями, я вернулась обратно.

— Ну теперь точно все. Пока-пока, до вечера!

Уже закрывая дверь, услышала ее тихое бормотание: 'Господи, лучше б я сама съездила…' и, похихикав, не дожидаясь лифта, бегом понеслась по лестнице.

С Леськой мы встретились уже у дверей электрички.

— Савельева, ты когда научишься выходить вовремя?! — Подруга уже порядочно злилась. — Еще минут пять и ты бы у меня пешком до города пошла! Скажи спасибо, что я тебе билет догадалась купить, как чувствовала, что в последний момент явишься.

— Ну прости, я проспала, — покаялась я, запихивая Леську в вагон.