Шрифт:
– вытяни ноги вперёд и держись за меня.
Голос Марка раздалься эхом в туннеле.
– Да.
Мы летели и летели, а я только и могла думать о том, что злиться на представителя идеи и здешних "сюрпризов".
Кажется, мы с Марком что-то сломали ногами впереди. Что-то деревянное и не прочное. Не успела я крикнуть Марку, как мы уже были в воде.
"Чёрт, когда это всё кончится?"- только я и смогла отругаться про себя.
Мы с Марком, не размыкая рук, вынырнули на поверхность бассейна... и вокруг раздались апплодисменты. Я узнала лица родных и близких: мамы, папы, Эллы. Теперь все чувства казались просто шуткой и весельем, а не переживанием. Кажется, Марку тоже так показалось, когда он обнял меня под водой рукой и наградил весёлым смехом.
– Эли, мы сделали это!!!
– Да!
Нас позвали на сцену и мы с гордым видом вынырнули снова из воды.
– Какие ощущения?
Я рассмеялась. Марк дал слово мне.
– Вначале-ненавижу, это же ужас; потом- вау, так это же круто!
Марк рассмеялся вместе со мной.
– Эли, а почему вы не дали Марку залесть первым в бассейн?
– Я вижу, вам было видно всё до единого. Да я просто не могла дать Марку возможность похрабриться,- пошутила я и все вокруг загоготали,- на самом деле, это просто инстинкт.
Ведущая пригласила всех желающих к столу, который был "припаркован" почти в самом центре ближнего помещения. Живот скрутило от предвкушения плотно поужинать вместе с родными и снова покормить Марка, как тогда в аэропорту. И сразу расхотелось, когда я вспомнила про разоблачении Дианы. Поэтому на вопрос Марка я ответила одним словом.
– Хочешь кушать?-задал он вопрос, на который у меня и был этот ответ.
– Нет.
Тогда мы, держась за руки, молча спустились в басейн и устроились в самом невидном и удобном месте в комплексе железных кроватей. В раздражении от каскадов, которые выскакивали из кроватей, я резко нажала на красную кнопку рядом и бульканье прекратилось.
Мой фокус не остался не замеченным.
– Шшш. Что такое?- нежно спросил он и приложил мою руку себе на грудь, я положила вторую руку ему на бедро, обхватив за спину.
– Хочу домой.
И зачем врать?.. Враньё-самое последнее дело в отношениях, если только не хочешь показаться бриллиантовым Нарциссом. Эта мысль заставила меня поскучать о школе и особенно об уроках истории.
Он молча кивнул. Я поняла, что он понимает меня и мы немного помолчали, каждый думая о своём.
– Почему?- наконец он решил спросить.
На этот раз кивнула я, как бы начиная объяснять.
– Я устала показывать всем, как мне нравится, когда на меня все смотрят, носить то, что мне дали, находиться там, где мне сказали... В Риге всё по-другому, всё уютней и привычней. Я просто устала и хочу теперь делить свою жизнь с тобой, а не со всеми здесь находящимися. Я просто устала...
Он казался расстроенным, прошептав:
– А как же тогда дом?
Мой ответ явно расстроит его ещё больше. В связи с задержкой, наверное.
– Я свои обещания сдерживаю, поэтому мы переедем туда через год. А этот год я хочу провести спокойно с тобой и с моими родными и близкими. Ты тоже, наверно, хочешь побыть с сестрой. В конце концов мне надо закончить хотя бы девятый класс...
Он кивнул.
– Мы возвращаемся домой на следующей неделе,- торжественно объявил он мне и я положила руки ему на шею, настроение значительно улучшилось.
– Спасибо!
И мы продолжили лежать в воде на кроватях, я уютно устроилась у него на груди. Никто нам не мешал- все были заняты угощением. Только лишь мои родители забеспокоились о моём исчезновении, но увидев меня с Марком в обнимку на диване, мама взяла папу за руку и они пошли дальше. Надеюсь, они думают не о том, о чём все могли бы подумать.
Из раздумий меня вытянул короткий поцелуй Марка.
– Тебе надо поесть,- это звучало как утверждение, которому нельзя было перечить или сопротевляться.
Я скорчила жалкую гримасу и мы медленным движениями, сквозь сопротевление воды, поплыли к столу.
И сразу же потекли слюньки от обилия тарелочек с ложечками, полными еды.
Взяв одну большую тарелку овощного салата с еле уловимыми кусочками отменного, как я понимаю, лосося, я повернулась к Марку и мы отошли на несколько шагов в сторону. Хорошо, что все сейчас заняты тортом и шампанским.
– Я тебя люблю,- прошептала я между двумя ложками салата, так быстро отправляющимися мне в рот.