– Патруль заберет его, - сказал официант.

– Какая ему разница, он своего добился.

– Ему бы сейчас лучше с этой улицы уйти. Прямо на патруль наскочит. И пяти минут нет, как прошли.

Старик, что сидел в тени, постучал рюмкой о блюдце. Официант помоложе вышел к нему.

– Вам чего?

Старик посмотрел на него.

– Еще бренди, - сказал он.

– Вы будете пьяны, - сказал официант. Старик смотрел на него. Официант ушел.

– Всю ночь просидит, - сказал он другому.
– Я совсем не сплю. Раньше трех никогда не ляжешь. Лучше бы помер на прошлой неделе.

Официант взял со стойки бутылку бренди и чистый стакан и направился к столику, где сидел старик. Н поставил стакан и налил его до краев.

– Ну, что бы вам помереть на прошлой неделе, - сказал он глухому. Старик пошевелил пальцем.

– Добавьте еще, - сказал он.

Официант долил в рюмку еще столько, что бренди потек через край, по стакану, прямо в самый верхний из тех, что скопились перед стариком.

– Благодарю, - сказал старик.

Официант унес бутылку обратно в кафе и снова сел за столик у двери.

– Он уже пьян, - сказал он.

– Он каждую ночь пьян.

– Зачем ему было на себя руки накладывать?

– Откуда я знаю.

– А как он это сделал?

– Повесился на веревке.

– Кто ж его из петли вынул?

– Племянница.

– И зачем же это она?

– За его душу испугалась.

– А сколько у него денег?

– Уйма.

– Ему, должно быть, лет восемьдесят.

– Я бы меньше не дал.

– Шел бы он домой. Раньше трех никогда не ляжешь. Разве это дело?

– Нравится ему, вот и сидит.

– Скучно ему одному. А я не один - меня жена в постели ждет.

– И у него когда-то жена была.

– Теперь ему жена и к чему.

– Ну, не скажи. С женой ему, может быть, лучше было бы.

– За ним племянница ходит.

– Знаю. Ты ведь сказал - это она его из петли.

– Не хотел бы я дожить до его лет. Противные эти старики.

– Не всегда. Он старик аккуратный. Пьет, ни капли не прольет. Даже сейчас, когда пьяный. Посмотри.

– Не хочу и смотреть на него. Скорей бы домой шел. Никакого ему дела нет до тех, кому работать приходится.

Старик перевел взгляд с рюмки на другую сторону площадки, потом - на официантов.

– Еще бренди, - сказал он, показывая на рюмку. Тот официант, который спешил домой, вышел к нему.

– Конец, - сказал он так, как говорят люди неумные с пьяными или иностранцами.
– На сегодня ни одной больше. Закрываемся.

– Еще одну, - сказал старик.

– Нет, кончено.

Официант вытер край столика полотенцем и покачал головой.

Старик встал, не спеша сосчитал стаканы. Вынул из кармана кожаный кошелек и заплатил за коньяк, оставив полпесеты на чай.

Официант смотрел ему вслед. Старик был очень сгорблен, шел неуверенно. Но с достоинством.

– Почему ты не дал ему еще посидеть или выпить?
– спросил официант, тот, что не спешил домой. Они стали закрывать ставни.
– Ведь еще и половины третьего нет.

– Я хочу домой, спать.

– Ну, что значит один час.

– Для меня - больше, чем для него.

– Час для всех - час.

– Ты и сам, как старик, рассуждаешь. Может, купишь себе бутылку и выпьешь дома.

– Это совсем другое дело.

– Да, это верно, - согласился женатый. Он не хотел быть несправедливым. Просто он очень спешил.

– А ты? Не боишься прийти домой раньше обычного?

– Ты что, оскорбить меня хочешь?

– Нет, друг, просто шучу.

– Нет, - сказал тот, который спешил. Он запер внизу ставню и выпрямился.
– Доверие. Полное доверие.

– У тебя и молодость, и доверие, и работа есть, - сказал официант постарше.
– Что еще человеку надо.

– А тебе чего не хватает?

– А у меня всего только работа.

– У тебя все то же, что и у меня.

– Нет. Доверия у меня никогда не было, а молодость прошла.

– Ну, чего стоишь? Перестань говорить глупости, давай запирать.

– А я вот люблю засиживаться в кафе, - сказал официант постарше.
– Я из тех, кто не спешит в постель. Из тех, кому ночью нужен свет.

– Я хочу домой, спать.

– Разные мы люди, - сказал официант постарше. Он уже оделся, чтобы уходить.
– Дело вовсе не в молодости и доверии, хоть и то и другое чудесно. Каждую ночь мне не хочется закрывать кафе потому, что кому-нибудь оно очень нужно.