–  Да, сэр.

–  И ты на самом деле считаешь, что отвод твоей кандидатуры - самое обычное дело?

–  Нет, сэр.

–  Как же ты на самом деле ко всему этому относишься, Дал? Ты не разгневан?

Дал смутился.

–  Да, сэр. Можно сказать так.

–  Возможно, даже ожесточен, - сказал Черный доктор.

–  Я занимался не хуже других на моем курсе, - горячо заговорил Дал.
– Я трудился не хуже любого другого; я ни разу за все время не позволил себе расслабиться. Ожесточен! А вы бы разве не чувствовали того же?

Черный доктор медленно кивнул.

–  Да, думаю, чувствовал бы, - сказал он, со вздохом погружаясь в кресло, стоявшее позади стола.
– Да меня и на самом деле это ожесточило, хотя я давно опасался, это так и случится. Не могу упрекнуть тебя за твои чувства.
– Он глубоко вздохнул.
– Хотел бы я обещать тебе, что завтра все будет хорошо, но, боюсь, не смогу. Совет имеет право пересмотреть твою профессиональную подготовку, и у него есть власть тут же назначить тебя на патрульный корабль, если он сочтет тебя годным для этого. Предположим, что там будет единственный представитель Черной службы; в таком случае Черный доктор смог бы повлиять на совет в сторону положительного решения. Но на завтрашнем совете я буду не единственным сидящим там Черным доктором.

–  Я знаю, - сказал Дал.

Доктор Арнквист посмотрел на Дала долгим взглядом.

–  Почему ты захотел стать врачом, Дал? Ведь это вовсе не призвание твоего народа. Должно быть, ты - единственный среди миллионов гарвиан, у которого есть то терпение и тот особый склад ума, которые позволили тебе совладать с науками, необходимыми для познания медицины. Либо ты не похож на своих собратьев - в чем я сомневаюсь, - либо вести себя неподобающим твоей природе образом тебя побудили какие-то воистину неодолимые силы. Какие же? Почему ты захотел изучать медицину?

То был самый трудный вопрос; вопрос, которого Дал страшился. Он знал ответ, точно так же, как и то, что большую часть жизни он превыше всего хотел стать врачом. Но у него никогда не выходило передать это словами.

–  Не могу сказать, - медленно выговорил он.
– Я знаю, но не могу этого выразить; всякий раз, когда я пытаюсь, звучит просто глупо.

–  Может быть, то, что ты чувствуешь, кажется тебе не слишком убедительным?
– осторожно спросил старый врач.

–  Да нет, убедительным! По крайней мере, для меня, - сказал Дал.
– Я всегда хотел стать врачом. Я не хочу ничего другого. Только трудиться дома, среди своих.

–  На Гарве II был мор, так ведь?
– спросил доктор Арнквист.
– Мор повторялся снова и снова. И этот порочный круг разорвали всего несколько лет назад, когда наконец выделили и уничтожили болезнетворный вирус.

–  Врачи Земли-Больницы, - вставил Дал.

–  Это происходило снова и снова, - продолжил Черный доктор.
– Мы видели, как одно и то же повторялось тысячу раз по всей галактике, и это нас всегда немного озадачивало, - он улыбнулся.
– Видишь ли, наше знание и понимание наук о жизни здесь, на Земле, всегда росли рука об руку с естественными науками. Мы всегда предполагали, что так же будет происходить и на любой планете, с любой расой, у которой только возник разум и способность к научным методам исследования. Мы, разумеется, ошибались, и по этой причине сегодня существует Земля-Больница и ее врачи, но нас по-прежнему изумляет, что, несмотря на изобилие населяющих галактику технологически развитых цивилизаций, мы, земляне, - единственный пока известный народ, обладающий глубокими знаниями процессов жизни, болезни и смерти.

Пожилой человек поднял взгляд на гостя, и Дал почувствовал, как испытующе смотрят на него бледно-голубые глаза доктора Арнквиста.

–  Ты очень хочешь стать врачом, Дал?

–  Больше всего остального, - ответил гарвианин.

–  Так сильно, что сделал бы все, лишь бы достичь своей цели?

Дал поколебался и легонько погладил Пушистика по голове.

–  Ну… почти все.

Черный доктор кивнул.

–  А вот это и есть, дружок, та самая причина, по которой я хотел увидеть тебя накануне собеседования. Я знаю, ты играл честно с самого начала и до сего дня. Теперь я умоляю тебя не делать того, о чем ты сейчас думаешь.

На какое-то время Дал застыл, не сводя глаз с маленького старого человека в черном и чувствуя, как встают дыбом волосы на руках и спине. Его разум захлестнула волна страха. Он знает!
– подумал Дал, едва не сходя с ума от ужаса.
– Он, наверное, может читать мысли!
– Но тут же отбросил это предположение. Черный доктор никоим образом не мог знать. Ни одна раса в галактике не имела такой силы. И все же, не было сомнений, что Черный доктор Арнквист знал, о чем думает Дал, так же хорошо, как если бы гарвианин сказал это вслух.

Дал беспомощно затряс головой.

–  Я… я не знаю, что вы имеете ввиду.

–  А я думаю, знаешь, - сказал доктор Арнквист.
– Дал, прошу тебя. Доверься мне. Сейчас не время лгать. То, что ты собирался сделать на собеседовании, было бы гибельно, даже если бы ты и добился распределения. Это было бы бесчестно и недостойно.

Значит, он знает!
– подумал Дал.
– Но откуда? Я ему не рассказывал и даже не намекал. Он ощутил, как испуганно задрожал Пушистик у него на руке, а потом слова начали слетать с его губ.