– Справедливое обвинение, миссис Симс, - сказал Маршалл. - Но вы когда-нибудь видели массовую панику в большом городе? Мне довелось это наблюдать в Париже во время Второй мировой войны, когда немцы вплотную подошли к городу. Тысячи людей стремились убежать оттуда - куда угодно и как угодно. Они дрались друг с другом за место в любом транспорте. Все буквально сошли с ума от страха.

– О Господи! Мистер Маршалл, неужели именно сейчас мы должны обсуждать логику бунта? Мой муж мертв!

– Пожалуйста, будьте снисходительны, миссис Симс, - ответил Маршалл. Я несу за вас ответственность, но еще и отвечаю перед законом за жизни восьми миллионов человек, поэтому я должен, не обращая внимания на вашу боль, задавать вам какие-то вопросы, говорить полуправду и, наконец, просить вас об одолжении - у меня просто нет выбора.

– А если я откажусь?

– Тогда, в силу необходимости, вы будете вынуждены сотрудничать с нами даже помимо вашей воли, - сказал Маршалл.

– Это - самое отвратительное, что я когда-либо слышал, - вмешался Питер. Гнев начал закипать в нем. - Я тоже должен буду сотрудничать с вами помимо моей воли, Джером?

– Думаю, нет, - ответил Маршалл. Он подошел к темному окну и посмотрел на кирпичную стену.

– Вы не обязаны отвечать на вопросы, не посоветовавшись с адвокатом, миссис Симс, - сказал лейтенант Пайк, впервые вступивший в разговор. Его глубокий голос прозвучал как отдаленные раскаты грома.

– Я знаю об этом, - сказала Мэриан Симс, - и буду отвечать только на те вопросы, на которые сочту нужным.

"Удивительная женщина, - подумал Питер. - Несмотря на такую трагедию, у нее хватает храбрости стоять на своем и бороться с тем, что она считает для себя враждебным".

– Ваш муж когда-нибудь говорил вам о плане негритянского восстания на это лето?

– Таких планов была дюжина, тысяча планов! - тут же ответила Мэриан. Решать нам. Мы все - вожди, а не рядовые индейцы.

– Я имею в виду нечто более конкретное, чем просто беспорядки. Это такие же серьезные вещи, как и смерть вашего мужа.

– А почему вас так беспокоят эти бунты, мистер Пайк? - спросила Мэриан. - Кого убьют? Нескольких полицейских и тысячи негров. Чью собственность сожгут бунтари? Собственность других негров. Чьи магазины разграбят? Магазины, принадлежащие неграм. Так о чем вы заботитесь? Почему бы не позволить нам уничтожить самих себя? Разве для вас это не легче?

– Кажется, именно вы совсем недавно говорили о том, что сейчас не время решать логические задачи, - заметил Пайк с мальчишеской усмешкой, которая тут же исчезла, и лицо его стало хмурым. - Миссис Симс, мы полагаем, что существует специальный план нанесения удара по городу, мощного удара. Ваш муж когда-нибудь упоминал о нем?

– Нет, не упоминал. Спрэг кричал, что спалит Мэдисон-сквер-Гарден, Колумбийский университет, "Грейси-Мэншн". Ричард и его друзья убеждали и настаивали на том, что мы должны выражать протест более масштабно - так, чтобы его прочувствовали и поняли, но безо всякого насилия. Ни о каком специальном плане Ричард мне никогда не говорил.

– Благодарю вас, - сказал Пайк. - Сейчас уже среда, утро. - Он посмотрел на часы. - Без десяти пять. Мы полагаем, что в пятницу, примерно в пять вечера, то есть, грубо говоря, через шестьдесят часов, этот специальный план может быть введен в действие. Нам нужно время, миссис Симс, чтобы подготовиться к этому. Если новость о смерти вашего мужа узнают сегодня утром, это вызовет цепную реакцию, что приведет в действие упомянутый план. Вот как все просто.

– Звучит совсем не просто, - сказала Мэриан.

– Спрэг и ваш муж не находили общего языка, - продолжал Пайк. - Но Спрэг сделает из вашего мужа героя и использует его смерть как детонатор для взрыва.

– Мой муж и был героем, - спокойно сказала Мэриан.

Джерри Маршалл медленно отошел от окна, теребя трубку и дотрагиваясь ею до кончика носа.

– Вам понадобится большое мужество, миссис Симс, - сказал он. Возможно, даже большее, чем мы имеем право просить у вас.

"Умный, тонкий старый шельмец, - подумал Питер. - Внушать девушке, что ей недостает мужества в этой ситуации, для того чтобы она вступила в схватку с Кинг-Конгом!"

– О чем вы говорите? - спросила Мэриан.

– Вам придется жить два дня так, словно ничего не произошло, - ответил Маршалл. - Если будут спрашивать о вашем муже, вы должны будете отвечать, что у него все в порядке и он куда-то уехал. Вам придется обманывать свою семью, друзей, семью и друзей мужа.

– А если, все обнаружится? Если известие просочится в какую-нибудь газету, на радио или телевидение?

– Тогда это будет нашим упущением, - устало пожав плечами, сказал Маршалл. - Мы больше ничего от вас не требуем. - Он посмотрел прямо в глаза Мэриан. - Жизни многих тысяч невинных людей теперь будут зависеть от вашей способности держать в секрете информацию о происшедшем в течение нескольких дней.