Кто бросает свои грядки,

Удирая без оглядки?

Кто зеленый тот малец?

Это верно о...ц.

Кто собой хорош, прекрасен,

Крутобок, округл и красен?

Кто же важный тот синьор?

Это просто п...р.

Кто золотую голову

Прячет в землю смолоду?

Он очень горький, но нам друг,

А зовется кратко - л...к.

Кто фиолетового цвета

Висит на стебельках все лето?

Он посланец жарких стран,

Его имя - б...н.

Когда Морковочка и ее подружки, послушав песенку, отгадали названия овощей, они от удовольствия захлопали в ладошки.

Но, к сожалению, эту песенку услышали не только розовые ушки морковочек. Она дошла до тонкого слуха придворного поэта.

– Так, так!
– проскрипел Огурцовский и добавил: - Ага! Да это же бунт против всей Огуреции! Пойду-ка я, пока не поздно, доложу обо всем Его Величеству!

И кинулся со всех ног (если так возможно сказать об огурце) докладывать самому императору о беспорядках в государстве.

Когда Огурцовский, едва переведя дух, подбежал к самому трону владыки, то распростерся в пыли у его ног, как и полагается верноподданному придворному.

Огурций Первый восседал на троне из резных листьев, и его верные слуги держали над ним зонты из такого же материала. У слуг были такие длинные усы, что Огурцовский вначале даже испугался. Но, поборов страх и отдышавшись, придворный поэт робко сказал:

– Ваше Величество! В Огуреции измена! Молодой Огуречик пишет крамольные стихи!

Его слова не произвели на Огурция Первого и его слуг никакого эффекта. Стража все так же грозно топорщила усы и смотрела в одну точку, а император сидел, наклонив голову. Тогда Огурцовский подполз еще ближе и увидел, что властелин страны просто спит и не слышит его.

Придворный поэт знал, что в таких случаях владыку беспокоить не следует, но дело было спешным, не терпящим отлагательств, и еще Огурцовский не хотел, чтобы кто-то его опередил и получил награду за важное известие. В общем, он решил обратиться к государю еще раз.

– Измена, Ваше Величество, измена!
– проговорил Огурцовский громче.
– Молодой Огуречик в своих крамольных стихах прославляет все запрещенные цвета: красный, желтый и фиолетовый! Измена в Огуреции!

От этого крика тиран проснулся и уставился на распростершегося перед ним во прахе придворного поэта. И он увидел страшную картину, которая ему показалась продолжением только что приснившегося кошмарного сна: перед ним лежал зеленый огурец, и на затылке у него красовался желтый-прежелтый берет.

– Что! Желтый цвет?
– с ужасом промолвил император.

– Да! Желтый цвет!
– радостно повторил за владыкой поэт. Он подумал, что его наконец-то услышали.

– Измена! Измена!
– прокричал, дрожа от негодования, Огурций Первый.
– Взять его! Заточить в темницу!
– приказал император и указал дрожащим усом на Огурцовского.

Придворный поэт не был готов к такому исходу дела - вместо положенной награды попасть в тюрьму!
– и разинул рот от удивления.

– Ваше Величество! Ведь я же не виноват!
– попытался что-то объяснить стихотворец, недоумевая, но владыка прервал его повелительным голосом:

– Убрать эту нечисть! Убрать желтый цвет!
– и затопал ногами, и затряс усами. Тут же незадачливого поэта поволокли дюжие гвардейцы императора, опутав его своими усищами.

– Я не виноват!
– кричал Огурцовский.
– Это все он, молодой Огуречик!

Но стража была неумолима и волокла упиравшегося крикуна. И только когда впавшего в немилость поэта тащили мимо Большого Дворцовского зеркала, которое было просто обыкновенной лужей, поэт понял свою ошибку. Ошибка доносчика заключалась в том, что, прежде чем предстать перед взором Его Величества, он должен был посмотреться в это самое зеркало и убедиться, что его внешний вид безупречен. А он так торопился, что не сделал этого - и вот расплата за поспешность.

А все было очень просто. Один из самых первых и верных граждан Огуреции постарел, и голова его пожелтела. Это было естественно для огурцов - с возрастом они желтеют. Но менять цвет своей кожи в Огуреции считалось тягчайшим преступлением и наказывалось очень строго: пожизненным заключением в темницу, самый сырой и холодный угол грядки.

4

Когда измена Огурцовского была таким образом наказана, Огурций Первый несколько успокоился, но страшный сон не выходил у него из головы.

А снились владыке империи действительно ужасные вещи. Будто он сидит на зеленой поляне, а вокруг него хоровод из различных овощей. Тут и огурцы, и помидоры, и красный перец, и желтый лук. И все смеются, кружатся в танце, поют песни. И каждый овощ старается на императора надеть свой берет: помидор - красный, кабачок - желтый, баклажан - фиолетовый. И что удивительно, все береты Огурцию Первому - впору. А от этого овощи смеются еще громче и их песни еще веселей.