Шрифт:
Бельгиец ответил не сразу. Он поправил пепельницу, соорудил горку из обгоревших спичек.
– Вы хотите знать, полковник Карбери, – наконец сказал он, – кто убил миссис Бойнтон, ведь так? То есть, если она была убита, а не умерла естественной смертью… И в точности, как и когда ее убили – а также всю правду об этом деле?
– Да, все это я хотел бы знать, – бесстрастным тоном подтвердил Карбери.
– Не вижу никаких препятствий, – медленно проговорил Пуаро.
На лице доктора Жерара отразилось изумление. На лице полковника– любопытство.
– Ага, – сказал он. – Значит, не видите, так? Интересно. И как вы собираетесь это сделать?
– С помощью методичного просеивания фактов и процесса логических рассуждений.
– Это по мне, – согласился полковник Карбери.
– А также изучая возможности с точки зрения психологии.
– А это придется по душе доктору Жерару, – сказал полковник. – Значит, вы просеете факты, сделаете умозаключения, покопаетесь в психологии, а потом – оп-ля! – вытащите кролика из шляпы?
– Я был бы чрезвычайно удивлен, если бы не смог этого сделать, – спокойно ответил Пуаро.
Полковник Карбери внимательно посмотрел на него поверх стакана. На мгновение его рассеянный взгляд стал сосредоточенным – оценивающим. Хмыкнув, он поставил стакан.
– Что вы на это скажете, доктор Жерар?
– Признаюсь, я не очень верю в успех. Хотя мне известно о великих талантах мистера Пуаро.
– Да… у меня есть кое-какие способности, – сказал маленький человечек и скромно улыбнулся.
Полковник Карбери отвернулся и закашлялся.
– Первым делом, – сказал Пуаро, – нужно выяснить, было ли убийство групповым – спланированным и осуществленным всем семейством Бойнтон, – или это работа лишь одного из них. В последнем случае необходимо понять, кто из членов семьи мог бы это сделать.
– У нас есть ваше свидетельство. Думаю, в первую очередь нужно обратить внимание на Реймонда Бойнтона.
– Согласен, – сказал Пуаро. – Подслушанные мной слова и несоответствие его показаний свидетельству той молодой женщины, врача, делает его главным подозреваемым. Он последним видел миссис Бойнтон живой – по крайней мере, по его словам. Сара Кинг это опровергает. Скажите, доктор Жерар, не присутствует ли тут… э-э… вы понимаете, о чем я… скажем, некоторая tendresse [15] ?
15
Симпатия (фр.).
– Совершенно определенно, присутствует. – Француз кивнул.
– Ага! А это не та ли молодая леди, брюнетка, с зачесанными назад волосами, большими карими глазами и решительными манерами?
– Да, очень точное описание, – удивился доктор Жерар.
– Думаю, я ее видел – в отеле «Соломон». Она разговаривала с этим Реймондом Бойнтоном, и после этого он остался стоять столбом – как завороженный, – загораживая выход из лифта. Мне пришлось три раза повторить «пардон», прежде чем он услышал и сдвинулся с места…
Пуаро задумался, затем сказал:
– Итак, для начала мы примем медицинское заключение мисс Сары Кинг, но с определенными оговорками. Она – заинтересованное лицо, – заключил он и после короткой паузы продолжил: – Скажите, доктор Жерар, считаете ли вы, что характер Реймонда Бойнтона позволяет ему с легкостью совершить убийство?
– Вы имеете в виду спланированное, умышленное убийство? Да, я думаю, это возможно – но только в состоянии сильного нервного напряжения.
– И это состояние имело место?
– Определенно. Заграничное путешествие, вне всякого сомнения, усилило нервное и психическое напряжение, в котором жили все эти люди. Контраст между их жизнью и тем, как живут все остальные, стал для них еще более очевиден. А в случае Реймонда Бойнтона…
– Да?
– Положение усугубляла его сильная симпатия к Саре Кинг.
– И это могло послужить для него дополнительным мотивом? И дополнительным стимулом?
– Именно так.
Полковник Карбери прочистил горло:
– Позвольте мне вставить слово. То предложение, которое вы случайно услышали: «Ты ведь понимаешь, что ее нужно убить, правда?»… Оно должно было быть обращено к кому-то.
– Верное замечание, – сказал Пуаро. – Я об этом не забыл. Да, с кем разговаривал Реймонд Бойнтон? Вне всякого сомнения, с одним из родственников. Но с кем именно? Вы не могли бы нам рассказать, доктор, о душевном состоянии других членов семьи?
Доктор ответил без промедления:
– Кэрол Бойнтон, по моему мнению, пребывала в том же состоянии, что и Реймонд, – протест, сопровождавшийся сильным нервным возбуждением, но в ее случае не осложненный сексуальным фактором. Леннокс Бойнтон уже прошел стадию бунта. Им овладела апатия. Полагаю, ему было трудно сосредоточиться. На окружающее он реагировал тем, что все глубже и глубже погружался в себя. Явный интроверт.