– Я бы предложил вам чай, – промолвил Генри Дженкинс, с очаровательной неловкостью теребя усы, – но мы уволили прислугу. Наша горничная воровала.

Он смотрел на ее ноги. Долли зарделась, робко – как-никак Генри был мужем Вивьен – и польщенно улыбнулась.

– Как жаль, – сказала она и добавила, повторяя слова леди Гвендолен: – Нынче хорошей прислуги днем с огнем не сыскать.

– Вы правы.

Генри Дженкинс стоял у огромного камина, выложенного черно-белой плиткой, и с недоумением взирал на Долли.

– Скажите, – наконец решился он, – где вы познакомились с моей женой?

– В столовой Женской добровольческой службы.

– Так вот как вы, женщины, развлекаетесь, – натянуто улыбнулся Генри.

Долли почудилось, что он не решается спросить о чем-то еще. Интересно, о чем. Не зная, что сказать, она улыбнулась в ответ.

– Возьмем сегодняшний день, – продолжил он, взглянув на часы. – Утром жена обещала, что вернется в два. Я пришел домой пораньше, хотел сделать ей сюрприз. Между тем на часах четверть четвертого, а о Вивьен ни слуху ни духу. Вероятно, ее что-то задержало, но я-то здесь при чем?

В его словах сквозило раздражение. Такой важный человек вынужден ждать, пока жена где-то прохлаждается!

– Вы договаривались встретиться? – неожиданно спросил Генри. Очевидно, ему пришло в голову, что Долли тоже недовольна опозданием Вивьен.

– Нет, нет, – вскинулась Долли, обиженная за подругу. – Она ничего не знает о моем приходе! Я принесла одну вещицу, которую она потеряла.

– Вот как?

Долли вынула из сумочки медальон и бережно расправила на ладони цепочку. Ради такого случая она покрыла ногти остатками багрового лака Китти.

– Да, это ее медальон, – произнес Генри вкрадчиво, забирая медальон у Долли. – Он был на Вивьен, когда мы познакомились.

– Красивое украшение.

– Вивьен не променяет этот медальон на любые ожерелья, которые я ей дарю. Носит его даже с жемчугом. Я был уверен, что она никогда его не снимает. – Генри Дженкинс внимательно изучал цепочку. – Целая. Выходит, я ошибался. – Он метнул на Долли быстрый взгляд, и Долли вздрогнула. Неужели он так же пристально смотрит на Вивьен, когда снимает с нее платье и отводит цепочку, чтобы поцеловать в шею? – Вы нашли его? Можно узнать, где именно?

– Я… не… – Долли бросило в краску. – Я не знаю, я не сама его нашла, меня попросили вернуть медальон Вивьен. Потому что мы подруги.

Он задумчиво кивнул.

– Скажите, миссис Смитэм…

– Мисс Смитэм.

– Мисс Смитэм, – его губы тронула улыбка, которая заставила Долли покраснеть еще сильнее, – вы не обидитесь, если я спрошу вас, что помешало вам вернуть медальон моей жене в столовой? Такой занятой даме, как вы, наверняка некогда расхаживать по гостям.

Такой занятой даме, как вы! Долли приосанилась.

– Что вы, мистер Дженкинс, я ничуть не обижена. Я подумала, что Вивьен очень дорожит этим медальоном, и не стала ждать удобного случая. Наши смены в столовой совпадают нечасто.

– Странно, – промолвил он, сжав медальон в кулаке. – А моя жена пропадает там каждый день.

Не успела Долли ответить, что никто не работает в благотворительной столовой каждый день и что мисс Уоддингем бдительно следит за расписанием смен, как в дверях повернулся ключ.

Вивьен вернулась.

Долли и Генри не сводили глаз с двери, прислушиваясь к шороху шагов по паркету. Долли предвкушала, как обрадуется Вивьен, когда Генри покажет ей медальон и объяснит, кого следует благодарить за находку. Как Вивьен с сияющей улыбкой на лице воскликнет: «Генри, дорогой, я так рада, что вы с Долли наконец-то познакомились! Мне давно следовало пригласить ее на чашку чаю!» А затем Вивьен пошутит насчет строгой миссис Уоддингем, они с Долли зальются смехом, а Генри предложит всем вместе отобедать в клубе…

Дверь распахнулась. Долли подалась вперед. Генри шагнул навстречу жене. Их объятие длилось и длилось, словно Генри хотел впитать запах Вивьен. А ведь он без ума от жены, ревниво подумала Долли. Она знала это и раньше, читала его книгу, но сидеть в нескольких шагах от этих двоих, видеть все собственными глазами!.. Что Вивьен о себе думает? Променять такого мужчину, как Генри Дженкинс, на какого-то доктора!

Долли наблюдала за лицом Генри: закрыв глаза, он с такой силой прижал к себе Вивьен, словно они были в разлуке несколько месяцев и он не чаял увидеть ее живой. А ведь он знает про доктора, неожиданно решила Долли. Его раздражение, странные вопросы… Во всяком случае, подозревает. И надеялся, что Долли подтвердит его подозрения. Ох, Вивьен, ты играешь с огнем.

Наконец Генри разжал объятия, взял Вивьен за подбородок и всмотрелся в ее лицо.

– Как прошел день, любовь моя?

Освободившись из его объятий, Вивьен сняла форменную шляпу.

– Мы трудились не покладая рук, – ответила она, разглаживая тулью. Затем положила шляпу на столик, рядом с фотографией в рамке, изображавшей счастливых жениха и невесту. – Упаковывали шарфы, работы было непочатый край. – Она запнулась, теребя край шляпы. – Я думала, что успею вернуться до твоего прихода.