Чтобы усилить влияние тотема, воображение людей добавило ему свиту в виде Великих Предков — героев древности. Теперь племя обладало целым войском воображаемых союзников.

Разумеется, перед этими союзниками, точнее — перед их изображениями, «подопечные» люди должны принимать позы подчинения (отсюда — общечеловеческий зоопсихологический термин «поклонение богам»). Как полноправные (хотя и воображаемые) вожди племени, они требовали, чтобы их изображения получали лучшую часть добычи — отсюда ритуал пожертвования храму.

С другой стороны, если божество оказывалось «слабым» — т.е. племя под его руководством жило неблагополучно, а то и вообще попадало в зависимость от соседей, то такое божество изгонялось (подобно побежденному вожаку стаи) и заменялось другим, более перспективным.

Естественным финалом этого процесса стало изобретение главного сверхмощного всепобеждающего покровителя — бога, технические характеристики которого превосходят все, на что способно человеческое воображение. Такими были боги первых восточных империй — Энлиль, Мардук, Атон, а позже — Яхве и Аллах. Эти «сверхмощные фантазии» наделяются таким могуществом, что им не нужна даже свита — и бог становится один. На поклонении такому «супербогу» строятся простейшие монотеистические религии, из которых наиболее распространенным в наше время является ислам. Они неплохо работают в примитивном обществе, управляемом путем прямой деспотии и не имеющем устойчивого разделения на профессиональные группы.

Как только общество становится более сложным, в нем возникают профессиональные субкультуры, каждая из которых в чем-то воспроизводит логику отдельного племени. Появляются боги воинов, земледельцев, ремесленников, купцов, мореплавателей и т.д.

Фактически, внутри общества возникает несколько «профессиональных партий» — племен со своим отдельным покровителем. Но, отличие от периода первичного теогенеза, эти племена сотрудничают между собой в ходе общественной практики. Соответственно, и боги-покровители профессий представляются также сотрудничающими между собой и образуют пантеон, отражающий структуру социума так, как она в идеале мыслится людям.

Эти боги утрачивают функции «самых сильных самцов», приобретая другие функции — «самых лучших мастеров». Не их воображаемая сила становится предметом поклонения, а их воображаемое мастерство — предметом подражания.

Поклонение сменяется почтением, отношение к богу, как к полновластному владыке сменяется отношением к нему, как к искуснейшему мастеру. К пантеону с легкостью добавляются люди, признанные лучшими мастерами своего дела. Божественность становится чем-то вроде высшей награды мастеру от благодарного общества. Так возникает социально-психологическая основа и для стремления к индивидуальному совершенству и общественному прогрессу.

Такая система свойственна раннему античному политеизму (язычеству), на эпоху которого приходится стремительный рост возможностей общества во всех сферах жизни.

Гордые политеисты — эллины завоевывают ойкумену, презрительно глядя на варварские народы, сладострастно пресмыкающиеся перед своими обожествленными деспотичными правителями и не менее деспотичными отвратительными божествами.

Но, по мере роста полисов и естественных процессов обогащения одних и обнищания других, общество развивается. Происходит усиление имущественного и социального неравенства, и в конце концов исходное единство взглядов на человека и общество распадается.

Помимо профессионального деления появляется еще и деление социально-экономическое (на богатых и нищих, свободных и рабов, обладающих правами и бесправных).

Возникает мощный потенциал для формирования отдельных богов-покровителей для социальных «верхов» и «низов».

В пирамидальном обществе низов по определению больше, чем верхов, а это значит, что последователей у бога низов будет больше, и «нижнее» племя окажется многочисленнее «верхнего». Вот на этом и построен своеобразный феномен христианства.

Христос, как бог низов образовался в точности по тем же правилам, что и любой другой бог племени. Он должен был ассоциироваться с низами — поэтому у него было плебейское происхождение, он был нищ, принадлежал к бесправной части общества и был предан наиболее позорной казни. С другой стороны, он должен был олицетворять силу племени — и поэтому он был тождественен сильнейшему, всепобеждающему богу. Соответствующая мифология поясняла, что очень скоро (еще при жизни данного поколения) Христос придет и силой перевернет общество, отомстив богатым и наделенным властью, а бедных и бесправных — возвысит и наградит. Так, согласно раннехристианским представлениям, должно было установиться царство божье на Земле.

Свойство этого бога объединять и организовывать большинство общества, конечно, привлекло внимание правящей элиты. Ведь любое организующее начало с таким потенциалом можно весьма выгодно использовать для укрепления власти.

Следовало лишь аккуратно подправить исходную доктрину — что и было сделано.

Для начала время наступления царства божьего было отодвинуто в неопределенно-далекое будущее, чтобы не возникало религиозного мотива для социального переворота здесь и сейчас.

Поскольку при таком положении дел, ближайшее поколение обездоленных оказывалось лишенным надежд, была проведена коррекция царства божьего. Оно дополнилось царством небесным, которое уже существует и предназначено для обездоленных после смерти, в ожидании собственно царства божьего на Земле. Конечно, при наступлении этого царства на Земле, обездоленные праведники должны были воскреснуть и получить все радости богатства и власти в этой новой земной жизни.