– Может я смогу тебе помочь?

Ребёнок не понял, почему хочет помочь этому странному созданию, но жалость и участие брали своё.

– Можешь.
– В голосе существа послышалась надежда.
– Ты можешь мне помочь, но это будет очень больно.

Ребёнок вздрогнул. Он знал, что такое больно, а если будет очень больно...

– Больно?

– Да. Но я могу предложить тебе компенсацию за боль.

Он не понял, что такое компенсация и существо это осознало.

– Ты хочешь стать сильным. Я хочу жить. Ты поможешь мне выжить, а я помогу тебе стать сильным.

Ребёнок не спешил соглашаться, хотя и хотел стать сильным. Не ради себя, ради сестры, но он помнил сказки, где злые демоны соблазняли людей силой, а потом делали плохие вещи.

– Ты демон?

– Не помню.
– В голосе существа послышалась грусть.
– Ты боишься что я демон, который решил захватить твоё тело?

Ребёнок согласно кивнул, забыв о том что перед ним не человек и он не может видеть этого жеста.

– Понимаю. Призрачный шанс стать сильнее не стоит такого риска, но другого я не могу предложить.

Ребёнок ощутил жалость, и печаль. Он хотел бы помочь, но страх был сильнее.

Шар стал постепенно подниматься выше, продолжая пульсировать. Его свет, пусть и зловещий, разгонял тьму.

– Подожди!
– Ребенку было страшно.
– Не уходи. Не оставляй меня одного. Мне страшно.

Шар остановил своё движение и опустился обратно.

– Страшно?
– Секунда на размышление.
– Хорошо. Всё равно я уже слишком слаб, чтобы найти другого контрактора. Почему бы не провести последние мгновения жизни в твоём обществе.
– Ребенок не заметил сарказма в голосе существа, слишком мал и не опытен он был, чтобы понять весь смысл сказанного, впрочем, существо само поняло глупость ситуации.
– Не бойся. Я не брошу тебя. С моими остатками сил меня смог бы принять только ребёнок, сила воли которого не настолько сильна, как у взрослого, а насколько я чувствую, кроме тебя и десятка мордоворотов - кандидатов рядом больше нет.

Ребёнок несмело улыбнулся, хотя понял из всей фразы только то что его не оставят одного.

– Спасибо.

Как ни странно, теперь он ощутил, как стало не так страшно и холодно. Что-то или вернее кто-то прогнал эти чувства своим светом, пусть и настолько жутким.

Шар поднялся чуть выше и стал более ярким.

Ребенок, после всех переживаний, ощутил, как глаза сами собой закрываются. После всего случившегося организм исчерпал все запасы и теперь требовался отдых. Но ребёнок не мог этого знать, да и зачем ему это. Он просто хотел спать, надеясь, что когда откроет глаза, то всё это окажется простым кошмаром, а стоит проснуться, рядом окажется сестра и успокоит своим добрым голосом и, погладив по голове, обнимет.

Уже через пару минут ребёнок спал, свернувшись на бетонном полу и поджав к груди ноги.

А над его головой зависло странное существо, пульсирующее зловещим, красным светом, но при этом отгоняя от ребёнка холод и страх.

– Эти ублюдки перевезли пацана.
– Женщина, закутанная в просторный плащ, скрывающий её фигуру, с яростью смотрела на пустое помещение, в котором должна была находиться команда наёмников и заложник.
– Выродки.

Вторая женщина, также укутанная в плащ, но при этом с откинутым капюшоном со спокойным выражением на лице, также осмотрела помещение и пожала плечами.

– Это уже не имеет значения. Даже если они не выполнили все требования, они выполнили своё задание. Она сняла свою кандидатуру с соревнований и скоро будет здесь.

– Я приказала им находиться здесь. Как они могли ослушаться!?

Вторая женщина позволила себе чуть улыбнуться.

– Не злись. Это ведь наёмники, если бы они не чувствовали опасность своей жизни, то уже давно сдохли бы в какой-нибудь заварушке.

Первая женщина, поняв, что её поведение смешит напарницу, немного смутилась.

– Эти животные порушили все планы.

– Они выполнили задачу, поставленную перед ними. Ты ведь сама их инструктировала.

– Нам нужна была сама Оримура и её ИС, а не её снятие кандидатуры с соревнований.

– Ну, кто же знал, что игры в шпионов выльются в провал всего плана?

Ребёнок проснулся от холода.

В помещении стало снова холодно, а тьму еле разгонял свет сферы, практически коснувшейся пола рядом с ребёнком. Её свет почти потух, а пульсация стала еле незаметной.

Ребёнок испугался.

– Эй. Ты как?

– Прости.
– Голос был еле слышимым и каким-то безжизненным.
– Холодно... Здесь очень холодно.

С каждой секундой свет от шара становился всё тусклее и тусклее, а сам он уже коснулся пола.

Ребенок, не думая о последствиях, схватил его и прижал к груди.

– Не оставляй меня. Мне страшно.

– Прости. Я уже...- Голос был практически неслышимым.

Ребёнок сильнее прижал к себе сферу, которая с каждой секундой становилась холоднее, и попытался отогреть её.