Чёртовы вопросы без ответов. Как же надоело. Хочется просто надавить на курок и смотреть, как красная дырка во лбу Колчикова заполняется багровым. Как открытые глаза покидает огонёк жизни.

Ветер стих. Я застыл посреди дворов, глядя в небо, что отражало свет города и не позволяло увидеть звезд. А ведь так хотел провести всю ночь, наблюдая те точки, что в телескопе, наверное, совсем не точки.

Не дали обстоятельства.

Михаил Михайлович Старший, я уже иду!

Ночь в подъезде отвратительна. Особенно после роскоши кроватей, мягких перин, джакузи и прочих диванов у камина. Едва не окочурился, хоть и прикорнул, прислонившись спиной у самой батарее. Не знаю, как бомжи здесь спят. Либо отмороженные, либо морозоустойчивые, как полярные медведи. Не зря не бреются и не моются — жир на коже копят, чтобы теплее было. В принципе логично.

Под утро, в начале шестого, когда первые люди должны были начать шататься по лестничной площадке, застывший, как на речке лёд, заставил себя выползти из-под батареи и разминаться. Двигаясь, ощущал, как кровь начинает интенсивнее бегать по венам.

Чтобы не выглядеть опустившимся бичиком, вышел на улицу и, разыскав кучу более-менее чистого снега, стал тереть лицо и руки. Утренние процедуры. Ужасно холодно, но вроде полезно. Как-то последнее время забыл про закаливание. Разнежился, ленивый кусок. А вот сейчас самое то. Снова дали пенка и лети вперёд, быстрее ветра, навёрстывая упущенное.

Снег бодрил, кожа пылала. Теперь в банк пустят. Пройду фейс-контроль, как любой нормальный гражданин с вкладом в этом банке. Это вчера под ночь не мог найти гостиницу, хоть и были кое-какие деньги, а сегодня буду спать по-человечески. Не Маугли поди, хоть и каменные джунгли вокруг.

В банк точно пустят. Вип-клиента. На счетах полно налички. Возьму-ка я всё, пожалуй. Сколько Колчиков отмерил жизни, неизвестно, так что лучше закопать добро в лесу, чем отдать врагу. К тому же, возможно по какой-то дикой случайности я выживу, и деньги понадобятся позже.

Солнце лениво выползало из-за крыш домов, грея не больше лампочки от карманного фонарика. Я побрёл по холодным улицам без остановки, чтобы не замёрзнуть.

Банки с самой рани не работают, весь порядочный бомонд просыпается не раньше восхода солнца. Так что придётся ждать и идти пешком, чтобы хоть как-то скоротать время. Моё лицо на видеокамере у банка, мнущееся возле дверей несколько часов к ряду, незачем запечатлеть. Кто знает, может это банк Колчикова или там работает его троюродный племянник?

Шагая улицам, бурлящим в утренней суете народом, забрёл в спортивные товары, купил сумку. Пихать пачки денег по карманам некультурно, до дипломатов я не дорос, а вот спортивная сумка под куртку, шапку и перчатки подходит. Пусть даже на мне джинсы с подкладом и — слава богу, додумался одеть — подштанники. Да и гопы не прикопаются. А если прикопаются, то у меня есть стреляющий, покрытый инеем кусок стали, что уже отморозил копчик.

Кстати, в банке стоят металлодетекторы? Подумают ещё, что ограбить хочу.

Так, паспорт при себе, всегда ношу в заднем кармане джинсов, так как своего дома, своей крепости, не имею. Только временные обиталища.

Значит, захожу я такой с пистолетом в банк, а там пи-пи сирена и любопытный здоровячок, ломая руку и рассматривая чёрно-белую фотографию, по-свойски спросит: «Ну что же вы, Игорь Чудинов, делаете? Пистолеты то перед банками в сугробы надо прятать».

Не знаю, хороший это глюк или плохой — разговаривать с самим собой, но подходить дедуктивным способом к каждой цели в какой-то степени помогает и бережёт от ошибок. Для меня сейчас каждая ошибка последняя. Кстати о дедуктивности. Пора подкрепиться уличной выпечкой. Всё равно жизнь не мила, а внутренний детектив будет доволен. По крайней мере тем, что перестанет журчать изнывающий желудок.

Не снимая перчаток, ел псевдомясо и прокручивал в голове события последнего времени. Так, с банком разберёмся, лопату достанем, денег прикопаем. Что дальше? На повестке дня месть Колчикову?

Если организовать пробоину во лбу и при этом не попасться, то в принципе я могу жить дальше. Спокойно так жить, с чувством, что обещание другу выполнил, отдал последнюю дань дружбе, взвесил эту цену и расплатился за всё. Но Колчиков вряд ли будет ходить в булочную на окраине города, смиренно дожидаясь девятимиллиметровой пули в лоб. Ещё и после смерти сына.

Или сбежать в другой город, купить квартиру, прописаться и, наконец, закончить школу, как все нормальные дети? Но вряд ли мне дадут спокойно уехать, да ещё с полной сумкой хрустящих. Всё равно найдут. Кто? Хотя бы опера по наводке Колчикова. Тот пригреет, и любые показания будут против меня, несуществующие свидетели найдутся.

Определённо надо Колчикова завалить, сколько бы я не произносил эту фамилию. Но опыта у меня на тапочек киллера, не больше. Так что же сделать?

Едва не сжевав перчатку, очнулся от мыслей, закупил хот-догов, ощущая, что гостиницу стоит искать гораздо раньше после этой еды. Как же скучаю по маминым блинчикам и парному молоку.