Женщина на фото оказалась более худой и немного старше. На ней были солнцезащитные очки и рубашка цвета хаки. Ее короткие светло-каштановые волосы развевал ветер, а на лице не было ни грамма косметики. Кэл внимательно всматривался в ее четко очерченный подбородок, аристократический нос и чувственные губы. Он прекрасно помнил лицо Мэган, и, женщина на фото была невероятно на нее похожа. Кэл вспомнил, что до свадьбы с Ником Мэган работала медсестрой. Но неужели эта женщина действительно та, которая скрылась от него два года назад? Был только один способ удостовериться в этом.

– Где сделано фото? – настойчиво спросил он. – Где эта женщина сейчас?

Крэндалл закрыл портфель, защелкнув замок, и произнес:

– В Африке.

Аруша, Танзания, 26 февраля

Мэган схватила новорожденного ребенка и крепко ущипнула его за кожу крохотных ягодиц. Никакой реакции. Она шлепнула сильнее, ее губы застыли в беззвучной мольбе. Тягостная тишина нарастала, но вдруг раздался громкий плач, и ребенок начал жадно глотать воздух. Меган тут же почувствовала облегчение. Роды были очень трудными, схватки продолжались всю ночь. То, что и мать, и ребенок сумели это перенести, было просто чудом.

Передав ребенка сиделке, она вытерла пот со лба краем рукава халата, а затем сделала то же самое с матерью новорожденного. Когда Мэган наклонилась к роженице, та с трудом открыла глаза.

– Asante sana, – тихо прошептала она на языке суахили, на котором разговаривали жители Восточной Африки. Это значило «спасибо».

– Karibu sana.

Мэган умело обработала и перевязала пуповину ребенка. К счастью, это был крепкий малыш, без вспухшего живота и обезображенных конечностей, как у тех детей, которых она отчаянно пыталась спасти, принимая роды в Дарфуре, регионе Судана. Жестокий правитель Дарфура использовал наемные войска, чтобы истребить племенное население Африки.

Последние одиннадцать месяцев Мэган проработала в суданском лагере для беженцев, организованном фондом «ДЖЕЙ-КОР». Две недели назад, будучи на грани нервного и физического истощения, она была переведена в больницу на окраине городка в Танзании. По сравнению с лагерем работа здесь была не столь тяжелой.

Но она собиралась вернуться назад, как только немного восстановится. Мэган слишком долго жила бесцельно и просто плыла по течению. Теперь, когда она нашла свое призвание, была готова отдать все свои силы этому делу. Она должна быть там, где в ней больше всего нуждаются.

Сиделка аккуратно обмыла ребенка и закутала его в пеленку. Мать живо протянула руки, желая прижать его к своей груди. Мэган сняла халат и резиновые перчатки.

– Я пойду отдохну, – сказала она сиделке. – Присматривай за ней. Если откроется сильное кровотечение, разбуди меня.

Молодая африканка кивнула в знак того, что все поняла.

Мэган чувствовала себя очень уставшей. Казалось, все ее силы иссякли. Она тщательно вымыла руки под водопроводным краном на улице, затем выпрямилась и помассажировала свою поясницу.

Над рифленой крышей больницы мерцала луна, словно висевшая на кроне цветущей джакаранды монета. По ее положению Мэган знала, что уже далеко за полночь. Оставалось всего несколько драгоценных часов на сон. Совсем скоро, с первыми лучами солнца, зазвучит какофония птичьего пения, приветствующего новый день. По крайней мере, этот долгий день был удачным – ей удалось спасти новую жизнь.

Несмотря на свою усталость, Мэган знала, что не имеет права жаловаться. Она сама выбрала такую жизнь. Теперь ее прежняя жизнь, с дорогой одеждой, украшениями, машинами, благотворительными вечерами, которые она устраивала для сбора пожертвований, казалась ей почти сном. Сном, который оборвался с выстрелом из пистолета.

Она пыталась не вспоминать ту ужасную неделю, но не могла выкинуть из памяти стеклянные серые глаза Кэла, выражавшие холодное презрение.

– Ты ответишь за это, Мэган. Я заставлю тебя заплатить, чего бы мне это ни стоило, – произнес он во время их последней встречи.

Мэган не крала деньги, она даже не знала о том, что они пропали, пока не разразился скандал. Но Кэл никогда ей не поверит, ведь он доверял Нику до последнего.

После этих слов Кэла Мэган поняла, что ей ничего не остается, кроме как убежать туда, где он никогда ее не найдет. «Теперь это все в прошлом», – напомнила она себе, взбираясь на крыльцо бунгало, которое служило жилищем для волонтеров. Теперь она была совершенно другим человеком и жила жизнью, приносящей огромное удовлетворение. Если бы только перестали мучить ночные кошмары…

Когда частный самолет проносился над полуостровом Африканский Рог, Кэл вновь открыл папку, которую получил от Крэндалла. Детектив оказался профессионалом своего дела. Он решил искать Мэган там, где никто бы и не подумал, – среди волонтеров фонда, который она же и ограбила.

Судя по ксерокопиям документов, Мэган выбирала самые сложные задания в волонтерской программе. Но почему? Ведь тех денег, которые она украла, хватило бы на десятки лет роскошной жизни. Она могла позволить себе жить с поистине королевским размахом, хотя она и до этого ни в чем не нуждалась. Ник всегда удовлетворял все ее запросы, он хотел, чтобы у нее было все самое лучшее.