Джей задумался, в который раз невольно возвращаясь мыслями в гостиную любимой. Бывшей любимой… Или? Была ли Шарлотта по-прежнему ему дорога? Мог ли он заставить себя раз и навсегда забыть о волшебных ночах с ней, о бесконечных беседах во время прогулок, о сказочной поездке на Корфу? Вычеркнуть из сердца все самое дорогое, лучшее, что ему довелось пережить? Он пока не знал. Точнее, сильно в этом сомневался. Поэтому бесконечно страдал.

– А где они познакомились? Шарлотта и Кларк? – спросил Рипли.

– Гм… – Джей почесал затылок, напрягая память. – Мы случайно встретились пару раз… По-моему, в каком-то ресторане… А еще на той выставке, месяц назад. Я как раз купил Шарлотте вазу…

Рипли криво улыбнулся.

– Какое совпадение! Интересно, что Шарлотта сказала бы тебе, если бы сегодня ты их не застукал?

– Сказала бы насчет чего? – Джей нахмурился.

– Насчет вазы, конечно. Об остальном ты, дурачина, ни за что не догадался бы…

– Эй-эй! Давай-ка без насмешек и дурачин! – вскипел Джей. В висках у него сильнее застучало, и, морща лоб, он опять схватился за голову.

Рипли примирительно поднял руки.

– Ладно-ладно. Успокойся. Слушай, ты стал ужасно раздражительным. Тебя и не узнать. Такое ощущение, что Джея Уоддингтона, нашего железного детектива, взяли и подменили. Может, попросишь недельку отпуска и махнешь куда-нибудь на юг, а? Приведешь в порядок мысли, чувства, нервы? На самом-то деле, не из какого ты не из железа – из крови и плоти, как все мы.

– Не знаю, – проворчал Джей.

– Чем бы ваша история с Шарлоттой ни закончилась, будет в любом случае лучше, если ты примешь решение на трезвую голову.

– Думаешь, еще не все потеряно? – спросил Джей, и его глаза озарила искра надежды.

– Ну, это уж вы сами решите. – Рипли отпил из бокала еще немного пива. – По большому счету всем нам свойственно ошибаться. Сам, бывает, выкинешь номер, особенно в отношениях с родными, любимыми, а потом места себе не находишь, стыдишься, мечтаешь все вернуть и исправить… – Он отвел взгляд в сторону и прищурился, очевидно вспомнив о каком-то из своих «номеров».

Джей едва усмирил в себе порыв схватить его за руку и рассыпаться в благодарностях. От мучительного желания поверить в воскрешение их с Шарлоттой романа его сердце рвалось на части. Рип верно сказал: ошибаться свойственно всем. Всем без исключения. Главное, чтобы тебя поняли, дали возможность стать чище, лучше…

Смогу ли я простить ее? – подумал Джей в лихорадочном волнении. Найду ли в себе силы? Как правильнее поступить? Точка ведь еще не поставлена…

– Хотя, будь я на твоем месте… – начал было Рипли, но вдруг замолчал.

– Что? Что сделал бы ты, окажись на моем месте? – Джей впился в напарника горящим взглядом. Ему показалось, что от ответа Рипа зависит вся его жизнь: с Шарлоттой или без нее, в радости или бесконечной тоске.

Рипли посмотрел на Джея с тревогой.

– Ты уверен, что здоров, а, дружище? У тебя глаза красные, все лицо горит. Послушай моего совета: возьми отпуск, отдохни. С грабителями мы и без тебя разберемся.

Это дело будоражило всю Америку. В течение трех месяцев группа преступников – возможно, даже несколько – грабила в разных городах то на Западе, то на Востоке страны страховые компании и банки. Злодеи проворачивали операцию за операцией настолько четко и гладко, что даже подключившееся к расследованию ФБР до сих пор не могло приложить ума, где преступников искать, чего от них ждать. В Вашингтоне три с половиной недели назад они ограбили Экспортно-импортный банк США. И бесследно исчезли, словно испарились. А вновь дали о себе знать буквально полмесяца спустя – в Сейлеме, штат Орегон. Именно оттуда и прилетел сегодня Джей.

Ограбления отличались странной особенностью: преступники до сих пор не убили ни единого заложника, никому не причинили ни малейшей боли. Обращались с жертвами даже вежливо, бережно. Походило на то, что они выполняют некий грандиозный план. Выражают протест, пытаются что-то доказать. Что именно? ФБР и полиция ломали над этим вопросом голову, боясь, как бы поведение банды резко не изменилось, как бы не пострадали люди.

Джей, помолчав, усмехнулся.

– Говоришь, разберетесь с грабителями и без меня? Был бы искренне рад. Только некрасиво это… смываться в отпуск, когда кругом такое творится.

– Красиво – некрасиво! Ты совсем вымотался! – Рипли допил остатки пива и поставил пустой бокал на стол. – Какой от тебя толк, если ты в горячке? Расслабься, забудь обо всем, проветри мозги…

– Подожди-подожди, – спохватился Джей. – Ты так и не ответил на мой вопрос.

– На какой?

– Как на моем месте поступил бы ты?

– Завтра же с утра позвонил бы в управление и… – убедительно начал Рипли.

– Я не об этом, – перебил его Джей.

Рипли мгновенно все понял, но притворился, что нет. Совать нос в личные дела друзей было не в его правилах. Особенно давать советы. Он давно понял, что в чужих, да и в собственных любовных историях никогда не угадаешь, что правильно, что ошибочно. И потом каждому в жизни требовалось свое: одним – спокойствие и стабильность, другим – негасимый накал страстей, третьим вообще непостоянство и переменчивость.