Мертвая тишина стояла в зале. Офицеры угрюмо молчали, женщины нервно кусали губы.

– Про кого? – хрипло спросил Тотлебен.

– 3-я стрелковая, ребят долбали с высот, как в тире, на выбор. Но они их взяли.

Перед глазами снова стояла картина этой бойни. И мат артиллеристов, разворачивавших орудия.

– А кто автор?

– Поручик Дубов, он погиб под Плевной.

Бал продолжился, но, как говорится, осадочек остался. Покуролесив еще часа два, Тотлебен откланялся, вместе с ним убрался и я.

Ну, вот и день. Невыспавшийся и злой, я просматривал прессу. «Добропорядочная семья ищет дачу для летнего отдых с 13 июня по 13 июля». Тупо смотрю на объявление. Адреналин ухнул по голове словно кувалда. Началось. Все. Теперь успокоится.

– Дежурный!

– Слушаю, вашбродь!

– Фельдфебеля сюда. Живо.

Вошедший через десять минут Немов впился в меня взглядом. Похоже, тоже волнуется старик.

– Садись. Как у тебя дела?

– Нормально, вашбродь. Готовы люди, – степенно ответил он.

– Тогда, собирайтесь. Все, – выделил я голосом. – Начинаем завтра в пять.

– Ясно.

– Удачи.

– И вам, вашбродь.

За Немовым закрылась дверь. Дверь закрылась, похоже, и за старым миром. Все начиналось заново.

– Слышал? – Вошедший Белый лучился счастьем.

– Что?

– Не знаешь еще? В общем, у островитян телеграф накрылся! Шуму, что на базаре. Приезжал тут к нам из постового тип. Весь бледный, мол, скандал будет. А «дед» его и послал.

– Далеко?

– Ага. Ты же знаешь, он этих сэров не переваривает. Ладно, я пошел.

– Давай.

Закрутилось. Оперативно, однако. Сейчас восемь. Три часа на все про все. Это очень интересно. Запомним. А в управлении действительно закрутилось. Едва я показался, как дежурный пригласил меня к Судейкину.

– Проходите, Сергей Петрович, располагайтесь. У меня к вам вопрос. Вы можете связаться с вашими людьми?

Опа, интересное начало. Прям в лоб. Мол, знаю я, что твои в поле. Ладно, сыграем.

– В данный момент нет, они выйдут на связь только пятнадцатого. Что-то случилось?

– Вы про телеграф англичан слышали?

– Да, но если вы для этого их отозвать хотите, то пишите приказ.

– Что с вами?

– Не люблю я их и свою неприязнь не скрываю. Если у них проблемы, то пусть сами их и решают, а у меня и без них забот много.

– Что же, возможно, вы и правы. Не смею задерживать.

В обсуждении этой новости прошел остаток дня. Никаких происшествий больше не было. Утро принесло посыльного и вызов к генералу. Новицкий, подобно медведю, сидел за столом, кроме него в кабинете находились двое штатских и Судейкин.

– Располагайтесь.

Хм, а что тут делает англичанин?

Канцлер Российской империи князь Горчаков стоял у окна, глядя на берлинскую улицу. Настроение, в котором он сейчас пребывал, называлось бешенством. Еще бы, конгресс – это так, для быдла, серьезные люди все давно обговорили, порешили… А теперь все полетело к чертям. В самом начале Дизраэли, заметно нервничающий, спросил царя, почему была прервана работа телеграфа. М-да, лучше бы промолчал. Вот тут Александр и выдал: мол, договор договором, но в свете произошедших событий его нужно пересмотреть. Дизи чуть удар не хватил. Неприятно, но придется признаться самому себе, что, похоже, его скоро сменят, не бывает таких совпадений. Господи, только не начали бы дознание. Канцлер поежился. Из глубины начал подниматься страх. И только с большим трудом Горчаков успокоился. Ситуация поменялось кардинально, и все предварительные договоры превратились ни во что.

Итак, что мы имеем. Хм, а достаточно, чтобы диктовать свои условия. Итак, первое. Коалиции, как в Крымскую, не получится: Франция, его любимая Франция безжалостно раздавлена тевтонами и только-только оправляется от разгрома. И всем ясно, что без помощи России немцы смогут сделать с ней что захотят. Вторая участница – Турция. Ее положение еще хуже: армии нет, флот деморализован, по окраинам начались шатания. Ну и собственно Англия. Вот она готова воевать, воевать с Россией до последней капли крови. Крови немецких солдат. Своей армии у нее нет. А то, что она сможет выставить, пара русских корпусов раздавит и не заметит. Остается Германия. Вот она воевать за Альбион не будет. Бисмарк и старик Вилли не будут таскать каштаны для джентльменов. А вот под шумок склоки прихватит, что плохо лежит, запросто. Эх, грехи наши тяжкие.

Бенджамин Дизраэли, граф Биконсфильд, был занят тем же, что и его русский коллега, вот только поводов для радости у него не имелось. Нет, он, конечно, настоящий джентльмен, но сейчас он был готов ругаться как пьяный кокни. Все летело к черту. Весь расклад. Вместо того чтобы истощить друг друга, русские в очередной раз подложили всем свинью, буквально пройдя паровым катком по Турции. Захват Крита Роял Нейви в глазах всех стран был похож на мелкую пакость, поскольку кроме средиземноморских стран был никому не нужен. И пугать русских величием флота было бессмысленно. Все намеки на то, что Стамбул под защитой британской короны, натыкались на издевательские улыбки. Да, да, черт возьми, воевать с Россией в одиночку – верх глупости. Но, увы, Франция уже ничем помочь не могла. Австрия? Русские через месяц промаршируют по Праттеру. Германия? О, это было бы великолепно, но Бисмарк сам с удовольствием потихоньку лезет в Африку и мечтает об англо-русской войне. А она недопустима. Себе можно не врать. Закаленная в боях русская пехота сметет любого противника, в том числе и англичан. Но эти проблемы меркли перед случившимся накануне событием: русские заблокировали телеграф. Резиденты пытались хоть что-то сделать, но, увы, безрезультатно. Фактически Индия в данный момент отрезана от метрополии. И результаты победы в восточной войне превратились в прах.