— Послушай, если ты приперся только для того, чтобы читать мне мораль, можешь убираться туда, откуда пришел! — взрываюсь я. — Хочу еще раз напомнить, что ты дал мне отпуск, от которого осталась еще целая неделя.

Мое возражение на него никак не действует. Он отстраняет меня плечом, входит в квартиру, хотя его никто не приглашал.

— Не стоило отпускать тебя в отпуск, — продолжает нравоучительствовать Павел, снимая куртку. — А я-то, дурак, думал дать тебе возможность немного придти в себя, отдохнуть, покататься на лыжах. А ты чем занимаешься?

— Каждый приходит в себя по-своему, кто-то может и на лыжах катается…

— А кто-то напиваться, как свинтус, — доканчивает он вместо меня. — Запомни, ни одна женщина не стоит того, чтобы из-за нее портить свое здоровье. Бабы приходят и уходят, а жизнь продолжается. Ну ничего, твой отпуск, по-видимому, уже закончился, и слава богу.

Павел Царегорцев является директором конторы, в которой работаю я. Мы знаем друг друга давно — вместе учились на юрфаке, только он, в отличие от меня, его все таки закончил. Я же был отчислен с третьего курса и ушел в армию. При остальных сослуживцах я называю его Павел Олегович, но когда мы одни, он становиться Павлом, Пашкой или просто Павлином, в зависимости от обстановки и моего настроения. Когда на службе мне дали пинка под зад за поведение не совместимое со званием работника органов милиции, и я не знал куда податься, он взял меня к себе в частное детективно-охранное агентство «Зета +». Почему «Зета +»? Он и сам не в состоянии объяснить. Лично я, тоже присутствующий в момент выбора названия агентству, советовал назвать его в честь основателя — Павел Олегович Царегорцев, а чтобы название не было слишком долгим, оставить в нем только первые буквы имени, отчества и фамилии. К сожалению, мое предложение было с гневом отвергнуто. Вот всегда со мной так — хочешь как лучше, а на тебя же потом и обижаются.

— Короче так, Лысый (Лысый — это я, Сергей Николаевич Лысков), есть работа, — говорит Павел, усаживаясь в кресло, которое до этого занимал я.

Это кресло — мое любимое. Не только потому, что оно очень удобное, а еще и потому, что других кресел в моем доме просто нет.

— В чем же дело? Работай. Зачем же другим людям отдых портить?

— Ну, если ты это называешь отдыхом, — он обводит рукой мою комнату, заставленную пустыми бутылками, — то я думаю, что уже давно пора его прекратить.

— Вы что, сговорились все, мне отпуск испортить? — возмущаюсь я. — То один приходит, то другой!

— Не понял. А у тебе что, уже был кто-нибудь из наших?

— Нет, не из наших… Как-нибудь расскажу на досуге. Что там говоришь за работа?

Я узнаю, что поступил заказ от директора крупной совместной российско-итальянской фирмы, который хочет, чтобы мы организовали охрану его персоны. Причем, хочет так сильно, что даже согласен заплатить за это по самому максимально высокому тарифу со сто процентной предоплатой. Этот человек получил несколько непонятных угроз по телефону. В милицию не обращался, потому что решил, что это бесполезно. Охрана ему нужна только на десять дней, так как потом он уезжает в заграничную командировку. Наши люди должны сопровождать его из дома на работу, дожидаться пока он там обделывает свои шахер-махеры, потом с работы домой, ну и, разуметься, быть с ним во всех других поездках по городу. Квартира его, пока он отсутствует, тоже должна находиться под постоянным нашим наблюдением.

Кроме того, ему очень хочется узнать, кто же намерен сделать ему гадость. Поэтому, кроме охраны, он также желает, чтобы мы это выяснили. Вот этим-то как раз я и должен буду заняться.

— У него самого есть какие-либо предположения, относительно причин угроз и личности угрожающего? — вполне естественно интересуюсь я.

— Уверяет, что не имеет ни малейшего понятия, кто бы мог ему угрожать и зачем. По его словам, он умеет отлично ладить со всеми.

— Может рэкет?

— Я спрашивал его на этот счет, но он только рассмеялся в ответ и дал мне понять, что крыша у фирмы весьма солидная. Кроме того, угрожающий не выдвигал никаких условий и ничего не вымогал. Просто сказал, что намерен разделаться с ним в самое ближайшее время. Бросил своего рода вызов. Так сказать: «Иду на Вы».

— Ну, тогда что-нибудь личное.

— Вот ты завтра с ним сам встретишься, когда у тебя голова прояснится, и все у него спросишь. Я не хотел на него особо давить до тех пор, пока он не подпишет с нами договор. Ты тоже не забывай, что он наш клиент, а не подозреваемый. Не захочет распространяться на счет своей личной жизни — не надо.

— Ладно, буду с ним деликатным, как с барышней. Вот только ты меня не убедишь, что он не лепит горбатого. Людей, умеющих ладить со всеми, можно найти только на кладбищах, — с сомнением качаю я головой.

Мой босс соглашается, но тут же добавляет, что нас это не касается, а наша главная задача состоит в том, чтобы обеспечить клиенту полную безопасность на протяжении всего указанного им срока. Что будет с ним потом — не наша забота.

Я слушаю все это постольку, поскольку моя голова забита и другими проблемами, а если быть откровенным, результатами вчерашней встречи. Внезапно мне на ум приходит одна идейка, которую неплохо было бы проверить. Конечно, шансов на то, что она подтвердится один из десяти тысяч, но удостовериться не помешает.

Поэтому спрашиваю:

— Его уже охраняют?

— Да, с двенадцати часов сегодняшнего дня.

— Ты не знаешь случайно марку, цвет, а еще лучше, номер тачки на которой он ездит?

— Нет, но могу узнать. Позвоню Егорову, он сейчас должен быть с клиентом.

Пока он выясняет, я снова устремляю свое внимание на экран телевизора. К сожалению, игра уже закончилась и мне остается смотреть, как Александр Масляков поздравляют команду победителей и благодарит спонсоров.

Закончив разговор, Павел сообщает: