Но не получилось и не получится - чувствую. И то, как лихо он записал себя в соавторы "моей" музыки меня тоже сильно покоробило. Не то что жалко, тем более он и, правда, шустро подобрал мелодию, но некрасиво у ребенка кусок мороженого отбирать. А еще и свой итальянский засветил впустую, дебил тщеславный.

Этими соображениями, ну кроме итальянского, я и поделился с Лехой.

– Тебе жалко, что его фамилия будет перед песней стоять?
– удивился Леха - твоя же тоже там будет, а в словах так ты, вообще, один.

– Причем тут фамилия?
– я постарался сдержать раздражение - это деньги. Он будет зарабатывать на моей песне на концертах и гастролях, так еще и в авторские влез, крохобор.

– У тебя же много денег, ты сказал?
– Леха, не отвлекаясь от дороги, бросил на меня быстрый взглял.

– Деньги, Леша, есть. Но они как лакмусовая бумага, сразу поведение человека высвечивают. Ты услышал про деньги и тебя волновало только одно, чтобы они не были криминальными. А он даже раздражение свое и неприязнь прятал, только бы их заработать и еще у ребенка отжать кусок.

– Вить, сколько тебе лет?
– спокойно спросил Леха.

– Четырнадцать, - "на автомате" ответил я - ты же знаешь, с чего такой вопрос?
– спохватился я, сообразив про необычность вопроса.

– А рассуждаешь, как будто и всю правду знаешь, и всеми деньгами владеешь, - не отрывая глаз от дороги, так же спокойно сказал Леха.

Неожиданная догадка пронзила меня насквозь и сердце учащенно забухало. Я молчал, пытаясь сообразить, что делать дальше.

– Может и знаю, может и владею, - слышу свой голос, как бы со стороны.

– А мне ты тогда про деньги зачем рассказал? Я может тоже захотел бы "отжать", как ты говоришь. Не опасно разве?
– голос Лехи звучал размерено. Большие руки спокойно лежали на руле, машину он вел совершенно спокойно, но мне уже все стало ясно.

– Опасно, конечно. Но ты человек другой, иначе бы не рассказал.

– Другой?
– Леха криво ухмыльнулся и остановился на светофоре - а если б ты ошибся?

– А если бы ошибся, то просто застрелил бы, - стараясь сымитировать Лехино спокойствие, ответил я.

Мы плавно тронулись со светофора. Леха молчал.

– Ну, а что еще оставалось бы делать? Ты здоровый, мне было бы не справиться, так что если бы оказался подлецом, то...
– я замолчал.

– Ну, я так и думал. Спасибо, что не соврал, - неожиданно сказал Леха.

– Залез?
– нейтрально спросил я.

– Залез, - кивнул Леха - я же слесарь, что я верстак не отрою что ли?..

– Поехали в магазин, возьмем пожрать и в Гавань, поговорить надо.

– Да, поехали - покладисто согласился Леха - и пожрать и поговорить надо.

Мы припарковались у первого попавшегося "Универсама" и прикупили кусок "Докторской", плавленные и глазированные сырки, три бутылки "Байкала", хлеб, кабачковую икру, бычки в томате и, по моей просьбе, бутылку "КВ" за четыре восемьдесят. Хотел еще взять жвачку, но ее не было, поэтому взяли банку растворимого кофе и коробку шоколадных конфет "Садко".

Про жвачку я вспомнил, чтобы зажевать запах алкоголя, поскольку намеревался сегодня выпить. Эта же логическая цепочка привела меня к необходимости позвонить маме и доложиться о моем бытие.

Стрельнул у Лехи "двушку" и поперся в таксофон, благо он стоял в двух шагах от входа в "Универсам".

В мамином отделе телефон стоял на столе у начальника, поэтому он обычно трубку и брал.

Приученный мамой, я всегда выпаливал одно и то же "здравствуйтебудьтелюбезныпопроситепожалуйсталюдмилуивановну" и частенько приглушенно слышал в трубке зов начальника:

– Людмила, твой "Пулемет" звонит!

Однако в этот раз все пошло иначе.

– Здравствуй, Витя! Это Владимир Алексеевич, коллега твоей мамы.

– Здравствуйте, Владимир Алексеевич, - осторожно отвечаю - я знаю, Вы начальник моей мамы. А что случилось?

– Да что ты, ничего совершенно не случилось! Я просто хотел поинтересоваться, как твое здоровье? Мы тут все прочитали в газетах, что произошло и очень тобой гордимся! Твоя мама воспитала очень достойного сына! Ты большущий молодец и настоящий гражданин нашей Великой Родины!

По голосу было слышно, что взрослый мужик реально взволнован и говорит абсолютно серьезно. Из маминых разговоров, по телефону с подругами, я знал, что у начальника есть двое сыновей, и они оба офицеры, поэтому ответил так: