После ужина, когда усталый Егор лежал в комнате на кровати и читал книгу, его вызвал в коридор парень из параллельной группы. Он попросил Егора помочь ему перенести тяжелые вещи. Егор, накинув куртку, вышел из комнаты. Гимбат, сидевший на своей кровати и зашивавший рубаху, порванную на поле, только молча проводил его задумчивым взглядом.

Егор вышел на улицу, и парень повел его к углу здания. Уже стемнело, и только тусклая лампочка освещала вход в общагу. Когда Егор свернул за угол вслед за провожатым, он увидел блатную троицу, стоявшую чуть в стороне, около стены общаги.

— Ты что это, волк позорный, права здесь качать вздумал?! — угрожающе двинулся к Егору Кот. — щас фуцель гнойный, мы из твоей жопы барабан сделаем.

Остальные разошлись полукругом, охватывая Егора с боков. Парень, позвавший Егора, внезапно сзади вцепился ему в куртку, удерживая руки и не давая ему двигаться, а Руль подскочил и с размаху ударил Егора кулаком в лицо. В последний момент Егор успел повернуть голову, и удар, летевший в зубы, пришелся вскользь по губам. Затем он резко ударил Руля ногой в пах и стал отчаянно вырываться из захвата. Руль с воем упал на землю. Ара и Кот отчаянно замолотили кулаками, нанося беспорядочные удары Егору, который все еще был скован противником, державшим его сзади. Егор делал отчаянные попытки вырваться из захвата и одновременно, как мог, уворачивался от ударов, сыпавшихся на него.

Внезапно боковым зрением он увидел тень, метнувшуюся к ним из-за угла. Ара, сделавший замах для очередного удара, взлетел и неуклюже шлепнулся о землю после броска Гимбата, выскочившего из темноты. Гимбат, не останавливаясь, ударил его ногой по голове и, мгновенно переключившись, кинулся к Коту. Кот, увидев нового противника, широко размахнулся и попытался ударить Гимбата, но тот, поймав на лету его бьющую руку, мгновенно провел бросок через спину, крепко приложив того об землю.

Тут Егор наконец то смог вырваться из захвата, и сразу от души выписал державшему его противнику серию ударов в корпус и в голову, от которых тот кулем осел на землю. В запале пнув упавшего противника ногой в бок Егор, тяжело дыша, осмотрел поле боя. Все четверо нападавших с охами и стонами ворочались на земле. Ара и Кот, которых мощно приложил об землю Гимбат, стонали особенно громко и сыпали угрозами и проклятьями в его адрес.

— А ну ша, пасти закрыли! Запомните гавнюки раз и навсегда! Если кто из вас попробует дернуться в мою или его сторону, — Гимбат кивнул на Егора, — или хотя бы тявкнуть что-нибудь, то поубиваю сразу. Меня пугать, что медведя трахать, удовольствия мало, а страху натерпишься. Соберете еще народ на разговор? Пожалуйста, я по жизни не сирота, за меня всепацаны из Дагестана встанут. Пошли, Егор, тебе умыться надо, — он положил Егору руку на плечо и повел его к входу в общагу.

— Спасибо, — разбитыми в кровь губами поблагодарил Егор.

— Да ладно, мелочь какая. Не стоит даже разговоров, — беспечно отмахнулся Гимбат. — Я бы все равно или поздно эту троицу на место поставил, а тут как раз такой прекрасный случай подвернулся.

— Все равно спасибо.

— Сочтемся.

После случая с дракой Ара перевелся в другую бригаду. При встречах с блатными Егор игнорировал их, те тоже делали вид, что не видят его в упор.

Через две недели теплая погода сменилась тягучими осенними дождями. Работать в поле стало совсем тоскливо и пакостно. При каждом шаге, к сапогам налипали большие комья грязи, и Егору казалось, что к его ногам привязали пудовые гири. Одежда, намокшая под дождем за день, за ночь не успевала просыхать. Студенты развешивали свои мокрые вещи в комнатах на спинках кроватей и натянутых веревках, отчего по всей общаге стоял затхлый запах плесени и пота. Кормили их в общем то неплохо, но уж очень однообразно и казенная пища давно уже всем приелась. И вот спустя три недели после приезда Егор и еще несколько парней отпросились на день домой, чтобы привезти теплые вещи и продукты. Гимбат поехал в город с ними. Его срочно вызвали домой, так как сильно заболел кто-то из его родственников. Ребята выехали утром на рейсовом автобусе и должны были к вечеру вернуться.

Когда Егор зашел к себе в квартиру, дома не оказалось никого. Родители были на работе, а младший брат в школе. Егор, побросав грязные вещи прямо на пороге, сразу же залез в ванную и в первый раз за три недели хорошо вымылся. Потом, наскоро перекусив, он побежал на улицу, чтобы позвонить из телефона-автомата Марику и узнать новости. Трубку подняла бабушка Марика и сообщила, что тот все еще в колхозе и будет дома только через неделю-другую. Чертыхнувшись про себя, Егор побежал обратно домой собираться. Через пару часов он должен был встретиться на автовокзале с остальными ребятами и вернуться обратно в колхоз. Он быстро собрал вещи, взял из холодильника продукты и написал короткую записку родителям. Егор уже собирался выходить из дома, но остановился на пороге, вернулся в свою комнату и достал из-под кровати свои нунчаки. Он сделал их из двух алюминиевых трубок, залив их свинцом и скрепив получившиеся тяжелые палки толстой цепью. Этими нунчаками Егор запросто ломал силикатные кирпичи. Работать ими было весьма непросто, он набил себенемало синяков и шишек, прежде чем привык к ним. Кинув свое импровизированное оружие в сумку, Егор побежал на автобусную остановку.

Отпускники вернулись в общагу под вечер. Они подошли к своей комнате и увидели, что в общем коридоре жмутся на подоконниках парни, остававшиеся в общаге.

— А что это вы здесь тусуетесь? — удивленно спросил их Егор.

— У нас в комнате Кот, Ара, Руль и еще несколько парней бухают. Они попросили нас пока погулять, и вот уже третий час сидим, — тоскливо отозвался один из первокурсников — щуплый парнишка по имени Сергей.

— Ну ни хрена себе! — возмутился Егор опуская свою сумку на пол. — А что они у себя в комнате не бухают?