Через полчаса к гулу грузовиков добавился рев танковых двигателей из группы сопровождения. «Ну вот и охрана подоспела, можно и поспать», — подумал Майкл, проваливаясь в темноту сна…

— …Эй, подъем, приехали, — откуда-то издалека до Триша донесся зычный голос сержанта.

Капитан выбрался из кузова, потянулся, широко зевнул и взял предложенную сержантом сигарету. Он незаметно оглядел базу, где расположилась дивизия «Пума». Попыхивая сигаретой, лжекапитан отметил про себя, что база занимает территорию небольшого городка.

— Выгружаться и спать? Или выгружаться завтра? — спросил Харьеро.

— Какой там завтра, — с досадой пробормотал сержант. — Завтра снова в порт, возить продовольствие и амуницию. Чиновники из Пентагона решили нашу дивизию расширить до размеров военной базы. Так что нескоро нам выпадет возможность расслабиться.

— Не везет, — посочувствовал капитан.

— А, мелочи. За это нам и платят, отдыхать будем, когда в Штаты вернемся.

Прощаясь, капитан спросил:

— Куда мне теперь?

— А вон. — Сержант указал на большое двухэтажное здание с освещенным фасадом. — Там у нас штаб. Обратитесь к дежурному офицеру, он все объяснит.

На прощание мужчины пожали друг другу руки и разошлись — сержант поспешил к машинам, которые уже проехали в сторону дивизионного арсенала, а капитан по ярко освещенной аллее к зданию штаба.

Возле штаба Харьеро остановили двое часовых. После короткого разбирательства вызвали начальника караула. Молодой лейтенант с атлетической фигурой, проверив документы, козырнул:

— Пройдемте.

Харьеро молча последовал за ним. Поднявшись по стертым ступенькам, они вошли в просторный холл штаба. Навстречу им вышел грузный майор с сонными глазами и зубочисткой в зубах. Выслушав доклад капитана, дежурный по штабу взял его документы и не глядя сунул в нагрудный карман кителя.

— Определи кэпа на ночлег, — поворачиваясь широкой спиной, бросил лейтенанту майор, явно спешивший продолжить прерванную трапезу.

Капитану вновь пришлось следовать за исполнительным юношей. На этот раз их путь лежал в противоположную от коробки штаба сторону.

Время приближалось к полуночи, тяжелое тропическое небо черным одеялом легло на верхушки редких пальм, разбросав алмазные осколки звезд. Пройдя длинной аллеей с полмили, офицеры уперлись в трехэтажное здание гостиницы.

В фойе было пусто и тихо, лейтенанту пришлось несколько раз постучать кулаком по стойке портье, пока откуда-то не выполз растрепанный немолодой сержант с мятым сонным лицом.

— Определи капитана Харьеро на ночлег, — распорядился начальник караула.

— Сейчас посмотрим, что можно сделать для господина капитана, — сказал сержант, опускаясь на стул и ловко манипулируя клавишами компьютера.

Затем загадочно посмотрел на капитана и перевел взгляд на лейтенанта: — Ты, Джимми, можешь идти, я устрою господина офицера.

— Смотри, чтобы все было в порядке, — предупредил его начальник караула.

Едва за ним закрылась дверь, как сержант принялся за нового постояльца.

— Наша гостиница рассчитана на командировочных офицеров, — начал издалека военизированный портье. — Офицеры, зачисленные в боевой штат дивизии, получают коттеджи. Офицерский городок — сразу же за нашей гостиницей. — Сержант сделал внушительную паузу, желая узнать мнение приезжего. Харьеро выжидающе молчал.

— Гостиница для офицеров бесплатная, — начал новую атаку на капитана сержант. — Но все номера двухместные, а разве уставшему с дороги человеку удастся нормально выспаться в таком номере? Хотя сегодня освободился одноместный генеральский «люкс»…

— Сколько? — коротко спросил Харьеро.

— Пятьдесят баксов, или в пересчете на местную валюту… — Сержант страдальчески наморщил лоб, пытаясь в уме произвести несложный подсчет.

— Не трудитесь, у меня есть доллары, — недовольно поморщился Харьеро, протягивая сержанту пять десятидолларовых банкнот.

— Я вас проведу, — промурлыкал сержант, пряча деньги в карман.

— Мне вполне достаточно узнать, где находится мой номер, и получить ключи от него.

— О, конечно.

Генеральский «люкс» располагался под самой крышей с видом на базу. Впрочем, ночью расположение базы определяли лишь светящиеся точки фонарных столбов да пунктиры непогашенных окон.

Для того чтобы не испортить грим, Триш разделся и лег спать, не приняв душ. Все удалось, недаром он проторчал два месяца в Германии возле американской военной базы в Бад-Тельце, выискивая подходящую кандидатуру. Наконец ему повезло — в баре он познакомился с капитаном Сальваторе Харьеро, которого переводили в зону Персидского залива. Военный оказался представителем однополой любви (Боже, благослови Конгресс за то, что он принял закон о разрешении служить в армии гомосексуалистам). Заманить любвеобильного капитана в пригородный мотель не составило большого труда, как и свернуть ему шею…