– И кому ты расскажешь? – угрюмо осведомился Гарри. – Пойдешь в Министерство магии, настучишь в магическую полицию? Не боишься, что тебя саму возьмут за жопу?

– Гарри, не валяй дурака, - стряхнув пепел с сигареты, сказала старуха. – Совиную почту еще никто не отменял. Одно письмо – и ты в Азкабане, где тебя очень любят и ждут. А магическая полиция за убийство Гермионы и Рона по головке, знаешь ли, не погладит.

Гарри поперхнулся сигаретным дымом и закашлялся. Беллатрикса саркастически покачала головой и несколько раз хлопнула его по спине.

– Ну, прокашлялся?

– Откуда т-ты знаешь?

Беллатрикс поежилась от холода, неодобрительно посмотрела на проходящую мимо группу молодых негров.

– Не глупи, Гарри. Я давно слежу за тобой. Ладно, пойдем, а то не ровен час, опять пристанет какой-нибудь черномазый.

Поттер поплелся за Беллатрикс к остановке автобуса. Теперь ему было понятно: он должен убить Лестрейндж, если не хочет оказаться в Азкабане. Вот только – как это сделать? Старуха – опытнейшая ведьма, способная справиться с дюжиной таких, как Гарри. Да и где ее убивать? Прямо на улице? На остановке автобуса?

– Если ты не против, я провожу тебя, - заявила Беллатрикс.

Гарри пожал плечами. Не мог же он запретить старухе ехать с ним на одном автобусе.

– До Уотфорда, один билет, - Поттер протянул водителю деньги.

– Два билета.

Гарри удивленно посмотрел на ведьму.

– Извини, Поттер, я сейчас на мели.

Скрепя сердце Гарри выгреб из кармана мелочь и заплатил за Беллатрикс.

Лестрейндж опустилась на соседнее сиденье. Гарри, отвернувшись, принялся разглядывать свое отражение в темном стекле, за которым бежали огоньки Лондона.

Джинни, конечно, места себе не находит. Поттер начал придумывать, что бы такое сказать жене, но, хоть убей, ничего путного не шло в голову.

– Эй.

Сморщенная лапка Беллатрикс дотронулась до руки Гарри. Поттер вздрогнул.

– Что будешь делать дальше?

– А тебе какое дело? Я вообще не понимаю, чего ты ко мне прицепилась!

– Говори тише. Я помогу тебе замести следы, понял?

Гарри недоуменно уставился на свою спутницу. Чего угодно он ожидал – шантажа, неожиданного нападения – но только не этого.

– Зачем ты это делаешь?

Беллатрикс поглубже засунула руки в карманы плаща, вытянула ноги под соседнее кресло и сказала:

– ОН мне приказал.

Глава 8

Гарри недоуменно уставился на Беллатрису.

– Кто он?

Пожирательница смерти саркастически закатила глаза.

– Как можно быть таким тупым, Поттер? Семейная жизнь превратила тебя в еще большего овоща, чем то ничтожество, что обучалось в Хогвартсе. Разумеется, я говорю про Волан-де-Морта.

Шрам Гарри вспыхнул острой болью.

– Волан-де-Морта? Ты… Беллатриса, ты хочешь сказать, что Воланд-де-Морт – жив?

– Яйца Слизерина, какой же тупоголовый баран! – лицо Беллатрикс искривилось от ненависти. – Как же хочется применить к тебе круциатус, гнусное отребье! Конечно же, Волан-де-Морт умер. От твоих поганых рук, между прочим.

– Тогда как же он мог приказать помочь мне?

Ведьма сжала ладонями седые виски и негромко застонала.

– Дай терпения, великий Слизерин! Дай терпения разговаривать с этим бараном! Слушай, ты, Хозяин приказал мне помогать тебе, когда был еще жив, а ты тогда учился на первом курсе Гриффиндора. Так и сказал: «Беллатрикс, помогай Гарри Поттеру после моей смерти». Я не спрашивала, почему он мне это приказал. Я никогда ничего у Волан-де-Морта не спрашивала. Я просто выполняла его приказы. Уже двадцать лет я живу неподалеку от тебя и охраняю твою ничтожную жизнь. Ты помнишь тот случай в Кроксли?

Гарри помнил. Однажды под Рождество, соврав Джинни, что едет снять денег в Гринготс, Поттер отправился к мисс Кракочак. На улочках Кроксли было непривычно темно, и, поглощенный мечтами о сексе с горячей чешкой, Гарри не заметил стоящую у дорожного знака фигуру. Когда высокий, закутанный в грязный черный плащ мужчина, вдруг наставил на него волшебную палочку, Поттер оказался в абсолютно беспомощном состоянии. Не считать же оружием поднявшийся от мыслей о мисс Кракочак член? Гарри с трудом узнал Антонина Долохова в седовласом старике с испещренной глубокими морщинами физиономией. Когда Пожиратель готовился выкрикнуть заклинание, которое сделало бы из Поттера цыпленка табака, откуда-то слева вынырнул красный луч и, врезавшись в грудь Долохова, обездвижил его. Гарри со всех ног бросился бежать, забыв про прекрасные груди и жаркую вагину чешской эмигрантки.