Шрифт:
Но стоило ему увидеть перед собою Давида, как он быстро пришел в себя, вскочил и
… начал дуть изо всех сил, Чтоб великана прочь умчать. Глядит — тот с места ни ногой. Он в страхе — подошла гроза! — И взор свой, кровью налитой, Вперил в давыдовы глаза. Как увидал, — так мощи в нем На десять убыло волов. Присел на ложе, — а потом Поток полился льстивых слов…В противоположность открытой благородной натуре народного героя — Мсра-Мелик тщеславен, коварен и лжив. Зная, что в честном единоборстве ему не победить Давида, он прибегает к хитрости, нести. Он заманивает сасунского богатыря в свой дом; войдя, Давид падает в глубокую яму. Враг могуч и коварен, но Давид сильнее. На его стороне вера и правда; молния-меч в его руках творит чудеса. В единоборстве с врагом Давид перенес страшные удары Мсра-Мелика, от силы и тяжести палицы которого «заколебался шар земной». Давид обладает благородством и великодушием. Он дважды пощадил Мсра-Мелика. Первый раз по просьбе матери мсерского царя, второй раз — сестры. Третий удар он сохранил за собой. Чтобы спастись от удара сасунского храбреца, Мсра-Мелик
… вырыл яму… Под земляной забрался кров,— Забился он под сорок шкур, Залег под сорок жерновов.Но ничто не спасло Мсра-Мелика. Могучий удар меча-молнии Давида
Сквозь сорок буйволовых кож. Сквозь сорок мельничных камней Он пополам рассек царя И вглубь прошел на семь локтей.Не сразу Давид осознает свою богатырскую силу. Она как бы дремлет до той поры, когда наступает час расплаты с врагом, когда решается судьба родины. О своем могуществе Давид узнает от бедной одинокой старушки, открывшей тайны, тщательно скрываемые от Давида его трусливым дядей Дзенов Ованом. Она говорит герою об отцовском коне, о его доспехах, мече-молнии и ратном кресте. Не случайным является то обстоятельство, что глаза Давиду открывает бедная старушка. В тяжелый момент испытания для отчизны она выступает как представитель народной массы.
В «Давиде Сасунском» Туманян рассказал об одном из интереснейших периодов истории армянского народа, нашедшем своеобразное преломление и широкое обобщение в эпическом памятнике. Обращаясь к далекому прошлому, к событиям тысячелетней давности, автор поэмы, сохранив дух народного образца, насытил ее современной социальной проблематикой. Война всегда волновала Туманяна. В его ранней незавершенной поэме «Стенания» старик крестьянин в беседе с юным гостем делится своими мыслями:
Болтают у нас, будто три государства,— Однако, не верится что-то мне,— Решили, чтоб тот, кто войною ударит, Престола лишился в своей стране. Кто слышал, чтоб чудо случилось такое? В природе ли царской, в природе ль князей, Чтоб в страны чужие не шел он войною, Не грабил бы земли, не резал людей? (Пер Б. Серебряков)В этих словах с позиции простого народа осуждаются грабительские войны, которые затевают цари и феодалы. Старику не верится, что они могут сговориться между собою. Он не верит в их «миролюбие».
Давид вышел из недр народа, который наделил его чертами, свойственными народным героям. Он — правдив, честен, благороден, великодушен. Он человек добродушный, наивный и простой. Как справедливо отмечает Мартуни «мужицкие свойства крепко сидят в нем, хотя он и «благородного» происхождения». Его «мужицкие свойства» сказались в глубоком сочувствии к простому народу, к трудовому крестьянству. Демократизм Давида с наибольшей яркостью проявился в описании эпизода кровавого боя, когда он напал на вражеское войско и стал беспощадно истреблять его. Тогда из среды вражеских солдат выступает вперед старик и обращается к Давиду со словами:
Чем провинился этот люд? Его ты губишь — почему? Они — все дети матерям, Они — светильники в дому, Иной — супругу бросил там,— Вдаль тяжело глядеть ему,— Иной — младенцев полон дом, Двух стариков и всю семью, А кто — с завешенным лицом Жену недавнюю свою. (Пер. С. Шервинский)Старик говорил о том, что пришли они в Сасун не по своей доброй воле, они «бедные земледельцы и царь силой собрал и погнал» их на войну. «У нас нет вражды к тебе, — говорит старик-воин, — царь — твой враг, хочешь воевать — воюй с ним. Зачем избиваешь бедный народ своим мечом-молнией. И меч-молния богатыря повисает в воздухе», — писал Туманян, поясняя идею своей поэмы. — «Правду молвишь ты, старик, — отвечает Давид Сасунский, — и, оставив простой народ, он поворачивает своего коня, направляя его к царскому шатру.»
Бедная старушка, которая открыла глаза Давиду, рассказала ему об отцовском коне и доспехах, в поэме Туманяна не случайно осталась без имени, так же как не имеет имени старик-воин, который своей смелой правдивой речью останавливает кровопролитие.
Нужно полагать, что по идее Туманяна и бедная старушка и старик-воин представители народной массы. Они появляются в определенные решающие моменты и своими советами помогают Давиду понять, кто враг и против кого следует направить удар.
После победы над Мсра-Меликом Давид обращается к солдатам противника со следующими словами:
Жизнь ваша, пахари, темна! Голодный, голый вы народ. . . . . . . . . . . . . . Что взяли стрелы, взяли лук, Пришли — в чужих полях засесть? У нас ведь тоже дом и плуг, И старики и дети есть. Иль опостылел вам покои И ваши сельские труды…Основная тема поэмы — изгнание чужеземных завоевателей, борьба за свободу и независимость родины. Но у Туманяна нет духа национализма и идеи национальной исключительности. В солдатах противника он не видит врага. Виновники войны — это правящие верхи, цари, феодалы, жаждущие завоеваний и богатств ценою крови и страданий трудящегося люда. Туманян знал цену их миролюбивым речам. Он знал, что под многословными елейными речами и рассуждениями о человечности и всеобщем мире скрываются разбойничьи замыслы захватчика.