Шрифт:
«Сюда пожалте! Сюда пожалте! — выкрикнул больной, произнес несколько бессвязных, отрывистых слов и стал смеяться в бреду..»
В простых и нежных словах Амбо слышится голос убитого горем отца, голос, который временами прерывается оттого, что сердце сжимается от боли и слезы подступают к горлу…
В рассказе Туманяна нет незначительных деталей, ненужных подробностей. После того, как Амбо похоронил сына, в карманах его одежды «нашли горсточку блестящих пуговиц, разноцветные бумажки, лоскутки ситца и несколько булавок. Вероятно, все это Гикор собирал для сестренки Зани». Такая подробность раскрывает образ Гикора несколько с иной стороны, показывает его как нежно любящего брата, который в нечеловеческих условиях в доме купца не забывал о своей маленькой сестренке Зани. Об этих жалких лоскутках и пуговицах читатель узнает лишь в конце рассказа, после смерти Гикора, что еще больше усиливает момент трагизма.
Гикор стал жертвой алчной буржуазной среды. Его печальная судьба была типичной для многих крестьянских детей в условиях самодержавной России.
Туманян, как бы следуя за некрасовской музой, показал всю горечь жизни армянского труженика-крестьянина. В его творчестве звучит та же скорбная песня, что и у русского поэта. Стонал под тяжким бременем жизни армянский земледелец, такой же обездоленный и нищий, как и русский мужик; стонал под игом двойной эксплоатации: русского самодержавия и местных кулаков-мироедов. Рассказ «Гикор» явился смелым обвинительным приговором, брошенным поэтом в лицо старому миру.
«Гикор» обладает большой силой эмоционального воздействия. «Когда читаешь этот маленький рассказ, — пишет Ав. Исаакян о «Гикоре», — сердце наполняется грустью… Вызывает удивление, как этот простой рассказ таит в себе столько лиризма, столько непосредственного чувства, столько реальной жизни.»
Один из первых армянских критиков марксистов Ал. Мартуни31 в статье о социальной ценности творчества Туманяна справедливо отмечал, что «Гикор» в дореволюционной армянской демократической литературе «самое сильное, самое содержательное и самое талантливое произведение».
Рассказ Туманяна занял свое достойное место среди лучших образцов армянской реалистической прозы. Тонкая наблюдательность автора, его уменье даже в мелочах подметить типичное и характерное, строгое построение, ясный, простой язык, — эти бесспорные достоинства говорят о высоком мастерстве Туманяна-художника. Он далек и от натурализма и от грубой тенденциозности. Правдивость сочетается с глубокой идейностью, с активным отношением автора к жизни. Он не разглагольствует о справедливости, но заставляет своего читателя сделать выводы против строя жизни, погубившего маленького Гикора.
Туманян глубоко любил свой народ, и это нисколько не помешало ему, больше, чем кому-либо другому, видеть темные стороны в психологии отсталого крестьянства. В рассказах «Каменная баня», «Шелководство дяди Габо» он показывает темноту и невежество деревенской массы. Суеверие, рабское подчинение адатам, бессмысленная жестокость — многие типичные стороны жизни патриархальной ар-минской деревни нашли яркое отражение в ранних произведениях Туманяна.
В поэме «Маро», созданной восемнадцатилетним автором, уже достаточно четко выступали характерные особенности его творческого облика. Туманян многое воспринял от армянских сказителей.
Был в Маро лучистый свет… Девять минуло ей лет… В это время золотое В дом к отцу явилось двое… Мать Маро в хозяйской роли Понесла им хлеба-соли, А они благодарили. Добрый дом благословили… «Будьте вы хранимы небом… За землей мы, не за хлебом! [20] Слова вашего мы ждем: Отчий дом, — невестин дом!..» И отец, бокал наполнив, По завету все исполнив, Отвечал покорно, строго: «Да свершится воля бога!» И сосватали Маро Пастуху из гор, Каро… (Пер. М. Гальперин)20
«Дайте землю из вашего очага» — в переносном смысле означает: «вашу дочку просим». (Прим. Ов. Туманяна),
Спокойная, плавная ритмика стиха характерна для армянского подлинника поэмы. Автор в ней следовал традициям устного народного поэтического творчества. При чтении «Маро» создается впечатление, что поэт говорит устами народного сказителя. Как будто старый ашуг с белоснежной бородой, сидя на тахте, облокотившись на круглую подушку, не спеша, временами умолкая и покуривая свой длинный чубук, рассказывает печальную повесть о жизни маленькой деревенской девочки по имени Маро.
Ей минуло девять лет; она еще ребенок, но ее уже выдают замуж за пастуха Каро, который огромным своим ростом «устрашал прохожих взор».
После первой ночи, проведенной у Каро, она бежит домой. Но родители, верные суровым понятиям о чести, не приняли дочь, потому что она «опозорила отчий дом». Оборванная, голодная, полубезумная бродит она в горах. Бессильная бороться против несправедливости, отвергнутая всеми, Маро бросается с высокой скалы в пропасть… Поэма кончается картиной плача матери над одинокой могилой Маро:
У села, там, под горою, Часто тихою порою В черном женщина проходит И с могилы глаз не сводит, Над могилой слезы льет И Маро к себе зовет…