Навстречу им в прихожую выступил старик в бархатном пиджаке и нашейном платке. Роста он был незавидного, едва доставал Полине до плеча. Лет ему было не меньше восьмидесяти, но выглядел вполне импозантно.

Полина оценила его по достоинству, отметив, что взгляд у него заинтересованный и очень мужской.

Старик склонился и поцеловал ей руку.

– Борис Ефимович…

– Полина.

Он обернулся к Дуло:

– Рад видеть, Сергей Васильевич, как здоровье? Работа?

– Приветствую вас, Борис Ефимович, нам нужно поговорить.

– Ко мне должен прийти один очень уважаемый человек, большой знаток искусства, но я сдвинул встречу на пятнадцать минут. Нам хватит этого времени?

– Вполне.

– Тогда, если не возражаете, пройдем в мой кабинет, а вашу даму Агата проводит… – он чуть помедлил, – в чайную комнату. – Борис Ефимович помог Полине снять пальто и отдал его домработнице. Та повесила пальто в шкаф.

– Пройдемте… – Старик уступил дорогу, указав рукой направление. Сергей направился в глубь квартиры.

Женщина-лиса отвела Полину в комнату, которая была чуть больше стандартной кухни. В ней стоял небольшой столик, рядом – два кресла, а на подоконнике, в горшке, цвел розовый куст.

– Вам чаю принести или кофе? – спросила Агата.

– А какой у вас чай? – поинтересовалась Полина.

– Черный, зеленый.

– Зеленый – какой именно?

Агата пожала плечами:

– Просто зеленый.

– Тогда несите его. – Полина догадалась, что чайные изыски в этом доме не практикуются, несмотря на то что имеется чайная комната, которая скорей всего называлась так потому, что на окне цвела чайная роза.

Полина не преминула проверить цветы на подлинность и разочарованно отступила. Роза была искусственной.

Борис Ефимович сел на софу и указал Сергею на место рядом с собой.

– Прошу, Сергей Васильевич. Я вас слушаю, только напоминаю, у меня запланирована важная встреча, и мы должны уложиться в пятнадцать минут. – Он посмотрел на часы. – А лучше – в десять.

– Уложусь, – пообещал Дуло.

– Ну так чем я могу помочь?

– Это касается расследования одного серьезного дела.

– Надеюсь, речь не пойдет о взрыве на железнодорожном вокзале? – спросил старик и вскинул руки. – Тогда я пас! – Спустя мгновенье, он похлопал Сергея по руке. – Шучу, голубчик, шучу… Хотя, если так дело пойдет, скоро мы все взлетим на воздух!

«Если так дело пойдет, – подумал Сергей, – в десять минут я не уложусь!»

– Мне нужно узнать о судьбе и местонахождении одной редкой вещи. Так сказать, отследить ее путь и узнать, кто ею владеет в настоящее время.

– О чем идет речь? – спросил Борис Ефимович.

– Перстень Пушкина. Его талисман с иудейской надписью.

– Сердоликовый? Тот, что на портрете Тропинина?

– И на том, что писал Мазер, – добавил Сергей.

– О, да вы, я вижу, подкованы!

– Служба. – Дуло развел руками.

– Не скрою, слышал. Только было это лет десять назад. Думаю, для вас не секрет, что существуют закрытые аукционы, где выставляются похищенные предметы искусства? Иногда в этих аукционах участвуют один-два человека… – Он выставил перед собою ладони, словно отвергая какое-то обвинение. – Боже упаси! Борис Ефимович к этому не имеет ни малейшего отношения!

Полина сидела и смотрела на дно пустой чашки. Чай она выпила, и ей стало скучно. Жаль, что мужчины не позвали ее с собой. Вместе с тем теперь она могла как следует оглядеться.

В чайной комнате Полина все изучила. Куст чайной розы оказался подделкой, кресла не такими удобными, как могло показаться. В маленьком угловом шкафчике не было ничего интересного.

Она открыла дверь и выглянула в прихожую. Вышла, но в этот момент послышались чьи-то шаги. По-видимому, Агата покинула кухню.

Полина юркнула в ближайшую комнату и быстро прикрыла дверь. Посмотрела в щелочку, подождала, пока уйдет Агата, и уже собралась обратно, как вдруг услышала:

Она обернулась. В центре комнаты, заложив руки за спину, стоял высокий мужчина, который не обращал на нее никакого внимания. Он смотрел на стену, где на уровне глаз висела небольшая картина. Еще несколько десятков были расставлены на полу. Кроме картин в комнате ничего не было.