Бадма решил тоже не отставать от друзей и побывать на новом промысле. Правда, его интересовала не рыба, а просто хотелось пожить на рыбацком стане.

— Я сразу на баркас попрошусь гребцом.

— Ох, из тебя гребец. Баркас — это не маленький подъездочек. Сила нужна.

— Ну к лошадям на ворот стану.

— А если кашу варить?

— Можно и кашу!..

Спустились на песчаный берег, пошли к Чимиту.

Чимит сидел возле невода и смотрел в море.

Под первыми лучами солнца вода была в нем не зеленая, не синяя, какой она бывала обычно днем, а молочно-розовая. Такой ее Чимиту еще не удавалось видеть. И вообще ему никогда не приходилось вставать так рано.

Оказывается, рано утром все выглядит по-новому. Сейчас не только море, но и горы не те: все кругом позолочено, всегда синий воздух над Байкалом казался розовым, листья на деревьях блестящие, словно смазанные маслом, жесткая хвоя кедров поголубела и казалась мягче.

«Обязательно буду вставать теперь на восходе солнца, — решил Чимит. — Лучше стану ложиться с вечера пораньше».

На берегу стали появляться первые рыбаки. Размашисто шагая, прошел отец Матвея, в синей косоворотке, с двумя новенькими веслами на плечах. На его загорелом лице белели только брови.

Семен Лозинин был веселым человеком. Улыбка никогда не сходила с его простодушного лица с узким подбородком. Вот и сейчас, проходя мимо ребят, он улыбнулся и многозначительно кивнул головой, дескать: «Жаль мне вас, ребята, но ничего не поделаешь».

Рыбаки принялись готовить в дорогу баркасы. На один складывали невод, на другие грузили припасы, постели, одежду.

К десяти часам на горизонте появилась маленькая черная точка. Она быстро увеличивалась, вырастала из моря.

— Катер! Катер! — закричали мальчики.

— Комбинатовский катер идет!

Катер шел на полной скорости, как бы боясь опоздать к намеченному сроку.

— Это «Быстрый» идет, — определил Чимит.

Подойдя ближе, катер приветствовал рыбаков звонкой сиреной. Был он длинный, узкогрудый, настоящее морское судно, быстроходное и устойчивое.

На палубе, перед застекленной штурвальной рубкой стоял с рупором в руках старшина катера. Он широко улыбался. Среди удивительно белых зубов — один золотой. Новенькая тельняшка туго обтягивала широкую, крепкую грудь.

Старшина поднял ко рту рупор и зычно крикнул:

— Эй, на берегу!

— Есть на берегу! — отозвался Гомбо Цыдыпович.

— Поторопитесь!

— Эй, торопись! — приказал Гомбо Цыдыпович. На берегу стало еще оживленнее. Рыбаки начали прощаться с семьями.

— Пойдем к председателю, — сказал Бадма. — А то забудут о нас совсем.

Председатель был все время занят. То там, то тут нужен был его совет, окончательное веское слово. Сухощавый, быстроногий, он легко передвигался от одной группы рыбаков к другой.

— Дядя Гомбо, возьмите нас с собой, — попросил Чимит, осторожно подталкивая перед собой Бадму и Матвея.

— Мы можем варить уху, рыбу выбирать, — поспешил поддержать друга Матвей.

— Вот что, ребята, — немного подумав, сказал Гомбо Цыдыпович. — Вам придется остаться дома. Уху варить есть кому и без вас. Наши рыбачки это лучше сделают.

Он взял за плечи Матвея и Бадму и повернул их лицом к морю, как бы показывая им, что время для разговора кончается.

Чимит подошел вплотную к председателю.

— Ну, они, правда, еще маленькие… А я?.. — сказал он с надеждой.

— Ты, конечно, старше.

Бадма и Матвей озадаченно затихли. Неужели Чимит бросит их и уедет один?

— Мы оставляем их на тебя, Чимит, — сказал председатель. — Приглядывай за ними.

Чимит удивленно заморгал глазами.

— Ну как же так? Что я с ними буду делать тут?

— Все. Слово старших твердо. Я не один это решал. Так матери просили: «Не трогайте ребят, — говорят, — нам одним без них никак нельзя».

— Не взяли, — со вздохом сказал Матвей.

— Ну и не взяли, — вдруг рассердился Чимит. — А зачем нас брать? Что мы умеем? Малыши мы, и все тут.

Баркасы уже качались на зеленых волнах. Катер, легонько постукивая, взял на буксир передний баркас, а за ним потянулись остальные.

— Гомбо Цыдыпович! Отчаливаем! — крикнул старшина катера.

— Чимит! — позвал председатель. — А ну-ка, доставь меня на катер.

Тот вздохнул, подошел к легкой лодке и сердито спихнул ее в воду. В лодку прыгнули Бадма с Матвеем и разобрали весла.