— Зачем ему это? Это ты там накосячила, тебя теперь в чем-то подозревают. Вот интересно, в чем? Расскажи-ка мне, дорогая женушка, что ты такого натворила, чего я не знаю?

— Что ты ко мне привязался?

— На меня смотри! — Игорь взял Риту за подбородок и повернул ее голову так, чтобы она смотрела прямо ему в лицо, — ну, зайка моя, расскажи папе.

— Отстань от меня, папа тут нашелся, — Рита отвернулась.

— Ну, ты у меня еще пожалеешь.

Игорь маялся, бесцельно бродя по квартире. Время тянулось медленно. Они уже давно собрались. Но надо дождаться, чтобы на улице стемнело, народу стало поменьше. В одиннадцать вечера Игорь выключил свет. Пусть думают, что они легли спать. Пришлось сидеть в темноте, да еще и молча. Он подозревал, что за ними следит полиция, но не понимал, почему. Что может быть в голове у этих полицейских? Они явно в чем-то подозревают Риту.

Ровно в двенадцать супруги приготовились к выходу. Свет не включали, чтобы не привлекать внимания. Рита нащупала лежащего на кровати кота, прижала к себе. Такой теплый, мягкий, пушистый. Как ей не хотелось оставлять Блейса одного, однако надо, ничего не поделаешь. Игорь зашептал ей в самое ухо:

— Выходишь на площадку и тихо, без разговоров поднимаешься на верхний этаж.

— Зачем? — тоже шепотом спросила она.

— Постарайся поменьше задавать вопросов, делай, что я тебе говорю. Через чердак по крыше перейдем в другой подъезд.

— В какой, в другой?

— В первый. Ты не знаешь, что люки на крышу есть только в первом и последнем подъездах?

— Знаю. А вдруг они закрыты?

— А вот это уже не твоя проблема. Я обо всем позаботился.

Они, крадучись, вышли на лестничную площадку и поднялись на последний этаж. Дверца люка, ведущего на крышу, действительно была открыта. Рита первая забралась на крутую железную лестницу, которая сразу задребезжала на весь подъезд.

— Ты тише можешь? — прошипел Игорь.

Рита, не отвечая, забралась по лестнице на крышу, и у нее сразу закружилась голова. Дул сильный, порывистый ветер, казалось, что ее сейчас сдует. А вокруг все было так красиво. Столько разноцветных огоньков, больших и маленьких. Отсюда открывался прекрасный вид на ночной Дубровск.

— Мне страшно, — сказала она Игорю, прижимаясь к его плечу.

— Хватит ныть. Пошли.

Он взял ее за руку и, уверенно перешагивая через натянутые провода, антенны и прочие препятствия, направился по крыше в другой конец дома. Было темно, но он сразу нашел нужный козырек, под которым располагался люк. Под крышкой этого люка находилась железная лестница, ведущая на площадку последнего этажа в первом подъезде. Рита, облокотившись руками о рубероид, которым была покрыта крыша, поставила одну ногу на верхнюю перекладину железной лестницы, затем другую ногу на следующую перекладину, лестница начала дребезжать. Вдруг послышался щелчок дверного замка, дверь квартиры открылась, донесся женский голос:

— Я позвоню, когда доеду до дома, пока.

— Буду ждать, — ответил мужчина, раздался звук захлопывающейся двери.

Рита замерла в том положении, в котором находилась, боясь даже пошевелиться. Она посмотрела на Игоря, ноги его стояли на уровне ее рук, он приложил указательный палец к губам: тише. Когда стало понятно, что женщина вышла из подъезда, Игорь махнул рукой:

— Давай.

Рита принялась переставлять ноги по железной лестнице, которая все так же дребезжала и, сняв ногу с последней перекладины, выдохнула. Игорь ловко спустился следом, не забыв закрыть за собой люк. Супруги тихо спустились на первый этаж, остановились перед дверью, ведущей на улицу. Игорь шепотом приказал:

— Теперь ты выходишь, не оборачиваешься, не смотришь по сторонам, доходишь до автобусной остановки и ждешь меня. Я буду через десять минут. Все поняла?

— Все.

— Капюшон надень.

Рита накинула капюшон и сделала все так, как велел муж. Пока она шла до остановки, ей не встретился ни один человек. В полночь довольно опасно гулять в одиночку по городу, но она не боялась, зная, что Игорь рядом. В некоторых окнах многоэтажек еще горел свет. Но в целом город уже спал. За то время, пока она ждала Игоря, проехало всего две машины.

— Держи, — муж протянул ей сумку.

Рита взяла сумку, а он сел на корточки и начал завязывать шнурки.

— Теперь до автовокзала.

— Пешком? — удивилась она.

— А на чем бы ты хотела прокатиться в половине первого ночи?

Рита, ничего не ответив, покорно пошла в сторону автовокзала. Что она могла сделать? Домой возвращаться нельзя. Пойти больше некуда. Остается только одно — слушаться мужа.

В час ночи они были на автовокзале. Там было шумно и людно, потому что последние автобусы отправляются как раз в час ночи. Игорь подошел к автомашине «фольксваген поло» и нагнулся к водителю. Рита стояла в стороне, не прислушиваясь. Потом Игорь махнул ей рукой, она пошла к машине.

— Садись, — он указал на заднее сиденье, а сам сел впереди, и они тронулись.

Машин на дороге было мало, за сорок минут они добрались до Мареевки.

Дорогу показывал Игорь, он бывал у дядьки жены и хорошо помнил, как туда ехать. К самому дому подъезжать не стали, Игорь старался быть очень осторожным, остановились на соседней улице. Он рассчитался с шофером, они вышли. Света в доме дяди Володи не было, он, наверное, уже видит седьмой сон.

— Будить, что ли, будем?

— А что, по-твоему, в окна полезем или на улице заночуем?