Заноза привел Ирли к дверям серверной по западному коридору. Спящие охранники остались в восточном. Ирли, не знающий, что сталось с его бойцами, был весел и оживлен, болтал без умолку, рассказывая о том, как организована безопасность Мюррей-мэнора, о трудовых буднях, о тварях, с которыми приходилось иметь дело, когда в исследовательских лабораториях — да, вот в этих самых, здесь, на минус втором, — что-нибудь шло не так. Он, не затыкаясь, приложил руку к изображению ладони на двери серверной, чуть поморщился от укола, когда датчики взяли каплю его крови для анализа, вытаращил глаза, при сканировании сетчатки. И заявив:

— Ну, вот, полный порядок, я же говорил, — откатил тяжелую дверь вбок.

Заноза выругался вполголоса и достал из кармана баллончик с краской.

— Ирли, видишь на полу боярышник?

— У нас везде так, — гордо сообщил венатор, — порядок такой. От вампиров.

— Угу. Закрась его нахрен. И мезузу тоже.

Веточка боярышника была едва различима в полутьме освещенной лишь дежурными лампами серверной. Вдавленная в пол сразу за дверью, залитая каким-то прозрачным составом, она, равно как мезуза на косяке справа, никоим образом не могла помешать войти в серверную, ни вампиру, ни… да никому.

Кроме Занозы.

Этот мальчик полон суеверий. Или он сам ходячее суеверие.

Ирли старательно закрасил боярышник и мезузу черным, вернул баллончик Занозе, и тот, моментально вновь придя в хорошее настроение, перешагнул порог.

— Некоторые держат их в футлярах, — сообщил он Хасану, — на футляры мне насрать, и на то, что внутри тоже. Пока не вижу — никаких проблем. А некоторые умные, — Заноза кивнул на Ирли, и тот польщенно заулыбался, хотя сомнительно, чтобы идея повесить в серверной мезузу без футляра принадлежала лично ему. — Так… ну, и что тут у нас? У нас тут торжество косности и рассвет консерватизма. IBM триста семьдесят… — вопреки словам, в голосе Занозы слышалось что-то подозрительно похожее на нежность. — Не думал, что когда-нибудь снова свидимся.

Хасан не различал компьютеры по именам, но даже он видел, что здоровенный, занимающий целый стол ящик с кнопками, триггерами и десятками индикаторов ничуть не похож на лэптоп Занозы или оборудование Арни. Зато помнил, что когда-то и в «Турецкой крепости» была такая штука. А до нее — похожая, но… другая. Из объяснений Арни невозможно было понять, в чем разница, пришлось просто дать денег на покупку новой. Обе махины по сей день стоят в подвале, вроде бы, работают. И, надо сказать, в голосе Арни, когда он говорит о них, слышны те же теплые нотки, что и в словах Занозы.

А тот уже снял очки, благо полутьма позволяла ему чувствовать себя комфортно, уселся за стол и начал что-то там делать с этим здоровенным компьютером, обронив, что «это быстро, Ирли побудь пока здесь».

Как будто тот смог бы добровольно куда-нибудь уйти.

В отличие от Шеди, Ирли к Занозе не лип. Был рад находиться в его обществе, но голову не терял, инициативы не проявлял, и вряд ли испытывал что-то, кроме глубокого почтения и крайней приязни. Шеди «повело», так Заноза это назвал. И он опасался, что «поведет» венаторов. А, между тем, реакция Шеди на дайны убеждения хоть и был была не совсем нормальной, отвечала описанию дайнов в большей степени чем то, что считал нормой сам Заноза.

Ему кто-нибудь объяснял, как они работают?

Заноза выругался. Вскочил со стула. Сунул руки в карманы и застыл, глядя прямо перед собой. Воздух в серверной завибрировал от тихого, низкого рычания.

— Что? — встревожился Ирли. — Не работает что-то?

— Работает зашибись, — рук из карманов Заноза по-прежнему не вынимал, — работает охренеть хорошо. Эти машинки по надежности сто очков форы четвертому поколению дадут. Но с хрена ли вы не держите на них нужные данные, а? Почему у вас все в бумаге? И где эта сраная бумага? Ирли!

— Я!

— Здесь есть только номер стеллажа и код ящика. Сами ящики и стеллажи в хранилище. Как туда попасть? Шайзе, кто придумал хранить документы на бумаге? Мы в двадцатом веке новой эры, мать вашу, какого хрена, почему не ублюдочный папирус, не глиняные таблички? Кто здесь додумался до такого офигенного новшества, как бумага?

— Хранилище-то здесь, за стенкой, — Ирли был расстроен едва не сильнее Занозы, — вот дверь. И снаружи еще, из коридора, можно войти. Та дверь под наблюдением с поста. Но хранилище я открыть не могу. Никто не может, кроме ординариев. Там же не только бумаги, там артефакты, амулеты, наузы, оружие заговоренное. Без специальной защиты внутрь нельзя.

— В смысле, это не содержимое хранилища защищают от вас, а вас — от содержимого? — Заноза перестал злиться. — Что, правда?

— Правда. Я тебе могу дать инструкцию, там все расписано.

Из того, что рассказывал Шеди, из столкновения с Сондерсом, следовало, что Ирли прав, а Заноза зря удивляется. Большинство дорогих и ценных вещей нуждаются в защите от людей, но бывают дорогие и ценные вещи, от которых надо защищаться. За века существования общества Мюррей, в их хранилище должно было скопиться немало подобных ценностей.