Заноза прислал письмо в День Перемирия [6] . Хасан ждал его позже. Ожоги от серебра не лечатся кровью, и на то, чтобы полностью восстановить функциональность поврежденной руки недостаточно было и месяца. Но Заноза, очевидно, решил, что сойдет и так.

— Стрелять я могу, — заявил он, едва перешагнув порог кабинета Хасана, — прикуривать пока нет. С клавиатурой тоже, блин, не очень, но уже справляюсь. А кроме стволов и компов нам там ничего и не понадобится. Прикурить ты мне поможешь, если что?

— Там?

— В Мюррей-мэнор. Там кругом противопожарная сигнализация, так что курить я не буду. Просто на всякий случай имей в виду, что может понадобиться помощь.

— Я нужен тебе в Мюррей-мэноре, чтобы щелкнуть зажигалкой, когда у тебя будет занята правая рука?

— Нет, ты мне там нужен, потому что в одиночку я не справлюсь не только с зажигалкой. Там полно венаторов, чувак. Их стало на десяток меньше, чем было в октябре, но их все еще больше, чем умерло. Не все сидят в штабе, конечно… — Заноза двинул плечом, поймал соскользнувший рюкзак с лэптопом и бросил в кресло для клиентов. — Я разобрался с сигнализацией первых этажей, — сообщил, усаживаясь в соседнее, — но нам нужно на минус второй. А ты даже не думал о вылазке. Почему?

— Зачем нам туда?

— У кого-то из нас не очень хорошо с английским. Ты какое слово сейчас интонировал? «Зачем» или «нам»?

— Я знаю, зачем.

Необходимо было выяснить, на каких условиях происходит сотрудничество тийрмастера и венаторов, необходимо было выяснить, кто из вампиров тийра уже оказался под контролем, необходима была информация. Информацией располагало общество Мюррей. Рейвен тоже, но он, наверняка, не держал ее нигде, кроме как в собственной памяти.

— Ну, зашибись, раз знаешь. Тогда в чем проблема? — Заноза сдвинул очки на лоб, прищурился. Хасан покачал головой. Встал из-за стола и выключил верхний свет.

— Видишь ли, Уилл, — он не стал зажигать настольную лампу, обошелся напольной, стоявшей в углу кабинета, — подобные задачи решаются по-другому.

Заноза издал какой-то странный звук. То ли мурлыкнул, то ли мяукнул. И сам щелкнул лампой на столе, направив ее свет на Хасана:

— Как ты меня назвал?

— По имени. Будь добр, перестань душить лампу.

— Я Заноза!

— Несомненно.

Повисла пауза, в течение которой Хасан обошел кабинет, включив оставшиеся две напольные лампы под окном, и вернулся в свое кресло.

— Как они решаются? — спросил Заноза.

— Нужно установить, кто из вампиров, способных соперничать с Рейвеном, еще не оказался под контролем венаторов. С твоими талантами это выполнимая задача.

— Если они под контролем, их заставили забыть о том, что они под контролем. Это первое правило церебрального секса.

— А ты достаточно умен, чтобы косвенно выяснить, контролируют вампира или нет. Не мне учить тебя пользоваться головой и дайнами.

— Ну, да. Я гений.

К этому непросто было привыкнуть. К тому, каким тоном он хвастается. Так, словно говорит о погоде или о том, что Земля круглая.

— Ок. Я найду оппозиционеров, которые, получив компромат, могут вышибить Рейвена с трона. И что дальше?

— Дальше пусть они и получают этот компромат.

Заноза хмыкнул и взглянул на Хасана с каким-то новым интересом. Выложил на стол сигареты, зажигалку, карманную пепельницу. И заговорил только после того как прикурил и сделал первую затяжку.

— По-твоему, что сделает влиятельный мертвый парень, которому нужно добыть информацию из штаба общества Мюррей?

Хасан задумался. К чести своей — ненадолго.

— М-да, — сказал он.

— Угу, — Заноза кивнул. — Ты, я и наш японец. Без вариантов. Тебе позвонят, мне напишут, а как связываются с Ясаки я не знаю, но, вообще-то, у него есть и телефон, и емайл.

— Это будет совсем другое дело. «Турецкая крепость» берется за сложную работу, но только по контракту. Никакой инициативы с нашей стороны, никаких подозрений относительно возможности проявления инициативы в будущем. И договор на наших условиях.

Заноза погасил сигарету и уставился на Хасана через стол.