Сверху обрушился еще один шквал из листьев, их яростный шелест заполнил весь лес. Затем снова сделалось тихо и мирно, как прежде, будто ничего и не было.

На месте битвы стояли только ошарашенные Амелия, Гаури и я. Понятия не имею, каким образом, но разгромленная шайка разбойников исчезла вместе с Мазендой — все было, как будто мы с самого начала с ними не сталкивались.

«Аргх!» — зарычала я, схватившись за виски руками. Ощущение было, словно внутри моей черепной коробки катается грецкий орех. Что, черт побери, эта женщина со мной сделала?!

«Они исчезли,» — не веря собственным глазам, выдохнула Амелия.

«Лина?» — позвал меня Гаури, вложив меч в ножны. — «С тобой все в порядке?» Когда он шагнул ко мне, что-то слегка оцарапало его ногу.

«Что это?» — спросил он, наклонившись к земле. Из дорожной грязи торчала длинная алая игла, тонкая, блестящая в лучах солнца. Гаури нагнулся и выдернул ее из земли; и в то самое мгновение, когда он это сделал, игла потеряла жесткость и свесилась с его пальцев, как струна.

«Это же волос,» — объявила Амелия со своей обычной командирской интонацией, в которой сейчас не было никакой необходимости. — «Наверное, его оставила та женщина, Мазенда.»

Нескольких быстрых взглядов оказалось достаточно, чтобы найти еще четыре иглы, всаженных в грязь вокруг меня. Вместе с той, которую нашел Гаури, их насчитывалось пять… образующих пентаграмму со мною в центре.

Ой, черт.

Эффектное шоу злых листьев, устроенное Мазендой, было лишь отвлекающим маневром. В тот самый момент, когда я потеряла ее из виду, она создала вокруг меня защитное поле, используя собственные волосы, как пять концов пентаграммы.

Но меня беспокоило кое-что еще, что-то, возможно, гораздо худшее. Я должна была проверить мою догадку прямо сейчас.

«Что случилось, Лина?» — спросил Гаури, вероятно, обеспокоенный хмурым выражением, появившимся на моем искаженном волнением лице.

Я даже не потрудилась ответить на его вопрос. Вместо этого я начала читать заклинание.

«Лайтинг!»

И да, мальчики и девочки, в этот момент произошла самая худшая из всех возможных вещей.

То есть ничего.

«Мисс Лина!» — воскликнула Амелия. — «Что происходит?» В мгновение ока ее лицо сделалось белым.

Гаури, однако, все еще ничего не понимал. «Теперь и Амелия расстроилась?» — заметил он, как всегда, демонстрируя блестящие дедуктивные способности. — «Да что, черт возьми, здесь происходит?»

С Гаури и сама начинаешь притормаживать, даже если и не собираешься.

Чернота в моей голове подтвердила, что моя догадка оказалась верной. Я повернулась к Гаури, так сильно скрипнув зубами, что чуть не высекла ими искры.

«Гаури,» — очень, очень медленно произнесла я, кажется, желая убедить себя в произошедшем так же сильно, как и его. — «Я… не могу… колдовать…»

Аааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааагх!

Мне не удавалось собраться с мыслями, пока мы не подошли к постоялому двору около деревни. Я подумала, что хорошая порция жратвы успокоит мне нервы (это всегда срабатывает), но мое сознание было настолько сбито с толку замешательством и тревогой, что даже два поднесенных мне Особых Блюда Дня не привели бы меня в чувство.

«Так… значит, ты имеешь в виду,» — произнес Гаури, медленно сложив вместе два и два, — «Что Лина вообще теперь не может использовать заклинания?»

«Похоже на то.» — вздохнула Амелия.

В данный момент тупоумие Гаури даже отдаленно не казалось мне смешным, и у меня не было настроения с ним разговаривать. Вместо этого я позволила Амелии — Мисс — Готовой — Пожужжать — отвечать на его вопросы.

«Вот черт,» — заметил Гаури, стукнув по столу рукой. — «Дело дрянь. Думаю, нам лучше прикинуть, как действовать дальше, так?»

О, вот это философ!

Амелия решительно кивнула. — «Точно. Лина, которая не может колдовать, это же просто…» — Тут она умолкла, очевидно, пытаясь подобрать нужные слова.

«Паразит?» — предложил Гаури.

У меня задергалось веко.

Что ты сказал?

«Ну, я бы не была столь категоричной,» — сказала Амелия. — «Хотя вряд ли ее поведение позволит ей приобрести навыки хоть какого-то полезного ремесла.»

НЕРВНЫЙ ТИК. Простите? Чье поведение?

«Ее эго огромно, но ее грудь такая крошечная,» — прохныкал Гаури.

«Да,» — пробубнила Амелия, жуя морковку. — «И не то чтобы, в противовес, она была сексуальна в чем-то еще — »

«МОЛЧАААААААТЬ!» — взревела я. — «Пытаетесь пнуть лежачего, да? Продолжайте в том же духе, и это будет стоить вам ваших зубов!»

Гаури и Амелия вопросительно глянули друг на друга. «Но…» — начал Гаури, почесав себе щеку.

«Пожалуйста, не сердитесь, Мисс Лина,» — произнесла Амелия. — «Мистер Гаури и я говорили все это, только чтобы взбодрить вас.»