– Я хотела разведать, что это за место.

Да, умная девчонка, отдал ей должное Йен.

– Место это безопасное. Тебе надо идти туда. А еще у меня есть комнаты в Олбани, живи там. Мне они все равно без надобности.

– Я? В процветающем Олбани? Да они даже в подвал для хранения угля не позволят мне зайти.

– Ну, если ты не можешь найти способ проникнуть внутрь, значит, не заслуживаешь там жить. Все-таки это лучше, чем жить на куче мусора, как, очевидно, происходит сейчас.

– Давай-ка лучше посмотрим, – Эппл скрестила руки на груди, – будешь ли ты продолжать возмущаться, после того как услышишь то, что я хочу тебе сообщить.

– Давай посмотрим. Говори.

– За твою смерть предлагают хороший куш. Больше ста фунтов, если верить слухам.

На улицах такая сумма – целое состояние.

– Почему же ты меня не убила, Эппл? Ведь ты довольно легко меня отыскала.

– То место, – пожала плечами девочка, – откуда ты нас вытащил… Я не люблю быть в долгу перед кем-то, – сжала она кулачки.

Черт, наверное, она достаточно умна для улицы, но благородство погубит ее так же быстро, как глупость.

– Кто предлагает деньги?

– Не знаю. Но предлагают еще два щедрых вознаграждения. Одно – за малого по имени Сайфер, а второе – за эту разбитную женщину по имени Мэдлин Вэлден, которая вышла замуж за полицейского. Они твои приятели?

Кое-кто совершил очень глупую ошибку. Ошибку, которая будет стоить этому человеку жизни.

– Нет, – отрезал Йен.

– Тебе виднее. Но судя по тому, что я слышала, многие сильно заинтересованы в получении этого вознаграждения. Я бы не рисковала ходить по очень темным местам. Твоя репутация немного пошатнется, но, похоже, наступили отчаянные времена.

Йен достал кошелек и передал девчонке.

– Куда убийцы придут за деньгами в случае успешного исхода дела?

– В таверну Гримвальда, – ответила Эппл, прикинув в руке вес кошелька.

Эта таверна была знакома Йену. Каждый день сделок там заключалось больше, чем на бирже за целую неделю. И все же у Йена никогда не было повода зайти туда.

Настало время исправить это досадное упущение.

Эх, если бы он принадлежал к такому типу людей, что пришли, столкнулись головами и потребовали ответа. Йен вместо этого спрятался в спальне Гримвальда и ждал, когда старик придет отдыхать. Как только он предупредил Мэдлин и Клейтона, то сразу пробрался в эту комнату в задней части таверны.

В отличие от кабинета, где хранились деньги, войти в личные покои Гримвальда оказалось до смешного просто.

Быстрый осмотр комнаты рассказал Йену все, что ему требовалось знать о ее хозяине.

Этот человек ценит две вещи: свою таверну и своего внука, которого, судя по надписи внизу портрета, зовут Генри.

Джулиана, наверное, думает, что ему бы и в голову никогда не пришло угрожать ребенку. Она смотрит на него горящими глазами. К сожалению, в те времена, когда он был шпионом, он делал кое-что и похуже. Он выполнял самую мерзкую работу, которую поручали «Трио». И неоднократно добровольно брал это на себя. Он даже выполнил несколько неприятных заданий, о которых никому никогда не рассказывал.

Нет, радости ему это не доставляло. Перерезать глотки – сомнительное удовольствие. И часть информации, которую он собрал во время допросов, лучше было бы оставить без разглашения.

Зато Мэдлин с Клейтоном пощадили.

И даже после всего, что сделала их команда, у этих двоих все еще в избытке присутствовали доброта и благородство. Йен даже гордился, что, несмотря на грязную шпионскую работу, этим двоим удалось сохранить человеческие качества.

А если его человеческие качества были принесены в жертву, ну что ж, это того стоит.

Нет, он, конечно, не тронет ребенка, но если понадобится, то пригрозит этим Гримвальду.

Тем не менее, когда возможно, Йен старался избегать слишком близкого родства с дьяволом, поэтому сейчас просто разлил на полу керосин.

Гримвальд появился довольно скоро. Он открыл дверь, зашел в спальню и с недоумением стал принюхиваться. Как только до него дошло, Йен зажег свечу.

– Закрой дверь.

Видя нерешительность Гримвальда, он опустил свечу на пол.

– Что тебе нужно? – Гримвальд захлопнул дверь, и его мясистое лицо скривилось в насмешке.

– Кто хочет смерти Призрака?

– Понятия не имею, – пожал плечами хозяин комнаты.

Йен поджег небольшую лужицу керосина.

– Подожди! – заорал Гримвальд. – Я не знаю. Этот человек пользуется одним из моих ящиков для приема объявлений.

– Объясни подробнее, – погасил небольшое пламя Йен.

– У меня есть специальные ящики, и если джентльмену нужно, чтобы была сделана какая-то работа, он опускает свою просьбу в один из ящиков. Когда работа выполнена, он может положить туда деньги для того, кто ее сделал. У них нет необходимости встречаться лицом к лицу. Так безопаснее.