отринула от него. Агата с детства боялась огня. На улице громко ржали кони и кричали рыцари.

«Стреляй! Навались! Вперед!» - слышала Агата. Женщина невольно поежилась. «Они там за

воротами. О, Боги, как же это близко! Молю, дайте, нашим воинам сил и отваги».

«А ведь действительно, что это со мной такое? Это же надо поверить такой глупости, это ж как

так-то? Ей, Богу сама себя не понимаю! Она ведь меня защитила, а я ей так отплатила…ох, наделала

я же глупостей…» - Молча размышляла служанка.

– Вы совсем не похожи на людоеда. – Наконец подола голос служанка, хотя он все еще звучал не

уверенно. – Вы очень даже красивая женщина. Непорочно сказать я сама себе поражаюсь, как я могла

поверить шутке? Это со мной впервые такое, честное слово. – Глаза девушки забегали, она явно

нервничала, пытаясь подобрать уместные слова. Так о чем вы хотели со мной поговорить? –

Набралась смелости служанка.

– У меня к тебе будет одна просьба, Эмми, но для начала ты должна мне кое-что пообещать.

– Я Вас слушаю. – Голос девушки звучал уже более уверенно, но все, же девушку очень поразило то,

что миледи знает ее имя, ведь она не является ее личной слугой.

– Во-первых, пообещай мне, что когда мы будем без посторонних ушей, ты будешь называть меня

по имени. – Женщина потерла предплечья рук, она явно нервничала. Тусклый свет от нескольких

маленьких практически догоревших свеч в резных черных подсвечников угнетал. В комнате плясали

тени и сквозняк. Кровать, занимавшая половину пространства, была застелена, синим атласным

покрывалом. Около нее стояла утонченная тумба из светлого дерева, на которой покоился маленький

нож с инкрустированной рукоятью красными рубинами. Под большим окном стояло два стула,

обитые красной тканью, и маленький стеклянный столик поверх которого была накинута гипюровая

белая скатерть. Возле камина находилось плетеное кресло качалка и большое зеркало с резной

деревянной рамой. При хорошем освещении тут можно было приметить две картины с изображением

богов привезенных с самой дальней точки света – с Финленда.

– Обещаю, ми…Агата.

Миледи одобрительно кивнула.

– Во-вторых, ты должна помнить, что это лишь просьба, а не приказ, поэтому ты вправе отказаться,

ну, а в-третьих, то о чем я тебя попрошу должно остаться между нами даже если ты

откажешь мне в моей просьбе.

– Я Вас поняла Агата.

– Под просьбой величать меня по имени я имела виду, также то, что ты вправе называть меня на «ты».

– Я тебя поняла, Агата. – Эмми дала понять, что и этот урок она тоже постигла.

«Судьба заставит нас расстаться, но не заставит разлюбить… Мы можем долго не общаться, но друг друга не забыть». ©

Глава 23. «Не везет, так не везет»

«Как же я теперь найду его одна? Я ведь даже не знаю дороги.… Неужели Каил тоже должен

погибнуть из-за меня?» - Обливаясь слезами, терзала себя Розалин. Она винила себя в смерти

Джессики и это не давало ей покоя ни на минуту. После гибели Джес, слезы Рози не высыхали даже

на миг. Она не спала, не ела, не пила, она лишь плакала, нашептывая укоры в свой адрес. И что самое

интересное, все это время природа грустила вместе с Розалин, слезы катились с глаз Розалин в

унисон с каплями проливного дождя. И может быть Розалин и улыбнулась быть хоть единожды,

если бы солнышко протянуло к ней свой лучик, но этого так и не случилось, казалось, что именно

от настроения Розалин зависит расположение духа окружающей ее природы. Но девушка продолжала

идти, хлюпая по колено в грязи, не оглядываясь по сторонам, ей было все равно, теперь ей было

все равно. И лишь мысли о любимом все еще удерживали бедную девушку на ногах, она продолжала

жить лишь благодаря мыслям о нем. И что самое странное боль в коленке ее больше не беспокоила,

будто и не падала девушка вовсе.

Раздался дикий вой, который на миг вывел Рози из транса.

«Кто это мог быть? Волк? Да вроде бы нет, уж больно громко и грубо для волка, или…?» - Розалин