Шрифт:
После этой демонстрации Денис остался в клане, а Ворон ушел и больше не появлялся.
Но все это было позже. Сейчас они шли по Зоне. Мужчина улыбался и уверял, что теперь все будет, может, и не замечательно, но хорошо. Ворон смотрел прямо на его лицо и видел происходящее за спиной Дениса.
Медленно улыбка сошла с его губ, брови сдвинулись к переносице…
– Берегись! – выкрикнул он, и это было уже нечто новенькое. Потому что шесть лет назад они просто вышли. Не возникало никаких задержек.
Дэн моргнул, прогоняя воспоминания, и посмотрел на своего проводника. Им оставалось миновать с десяток шагов до КПП. И он точно помнил, что набрасываться здесь некому. Все будет очень спокойно. Обязано!
– Дин… – Ворон, когда они находились вдвоем, отчего-то никогда не звал его полным именем или Дэном. Только так.
Надтреснутость и хрипотца в его голосе заставили мгновенно обернуться. Денис ахнул.
На него медленно и неуклонно надвигался шар. Огромный. Ядро – платиново-белое. От него к внешней сфере бежали изумрудные и серебряные лучи. Временами между ними вспыхивали радужные протуберанцы и голубоватые шаровые молнии. Внешняя прозрачная оболочка шара казалась золотистой.
Денис пытался попятиться или бежать, но был не в силах сдвинуться с места. Ворона он больше не слышал. А знал лишь одно: когда шар подплывет вплотную, он, возможно, и не перестанет существовать, но будет другим настолько, насколько возможно.
Жар опалил лицо, и он проснулся от собственного крика.
Глава 2
Небольшой прямоугольный кабинет с окном, выходящим на церквушку. Глава клана «Доверие» довольно религиозен, как и его женщина. По крайней мере так считается. Кроме того, Денису уже кажется, будто все услышанное и увиденное им ночью – всего лишь продолжение кошмара.
Лола сидит рядом со Стафом. Высокая, эффектная. Рыжие волосы выбиваются из платка, длинные ноги – из юбки очень короткой длины, закрывающей лишь то, чего посторонние взгляды не должны касаться, но обязаны представлять и хотеть. Кажется, они посещали церковь до прибытия гостя.
Дэн – нет, и старался не посещать этого заведения. Он не слишком любил обрядовость как таковую и не понимал ее сути. К тому же Стаф поощрял, но не заставлял клановцев разделять его религиозные предпочтения. Конечно, лидер смотрел на единоверцев более благосклонно, чем на других, но Денису пока что удавалось миновать и большинство душеспасительных бесед, и плохое обращение. А возможно, все дело заключалось в его уникальности в сравнении с другими членами клана.
Зато его могли выдернуть с обеда или из постели – как сейчас. И заставить распознавать артефакты. Обычно при этом Денис находился в кабинете наедине со Стафом. Сегодня же присутствовали Лола, Выдра и неизвестный мужчина лет шестидесяти. Вид у него был благообразный. Этакий профессор-преподаватель, ученый из кинофильмов советских времен или располневший Айболит. Седовласый, сероглазый. На носу – очки в круглой оправе. Однако Дэну он не понравился с первого взгляда. Будь его воля, гость уже уехал бы из Валуево, но лидером клана он пока не являлся и вряд ли будет когда-нибудь.
– Итак, Николай Борисович, – обратился Стаф к гостю. – Приступим?
Тот кивнул, скрестив руки на груди и словно всем видом демонстрируя неверие – этакий живой памятник скептицизму.
Стаф и Лола застыли в выжидании. Выдра поправил очки – не такие, как у гостя, стильные, в черной оправе и с квадратными линзами. Кажется, диоптрий в них не было, а носил помощник лидера их просто так – в качестве модного аксессуара.
– Я жду, – поторопил гость.
– Мы тоже, – ответила Лола и выдавила одну из самых благожелательных и обаятельных улыбок, на какие только была способна.
– Не имеет смысла демонстрировать способности Дениса на артефактах, которые находятся в клане, – заметил Стаф.
– Резонно, – ответил гость. Вздохнул и нехотя вытащил из сумки футляры.
– «Бенгальский огонь», – назвал Дэн, почти не взглянув на полупрозрачное и аморфное нечто, иногда вспыхивающее маленькими искорками.
– Хорошо, – отозвался Николай Борисович, – это просто.
И достал контейнер с бесформенными угольно-черными кусками камня в сетке красных прожилок. Упав на стол, они начали слегка подпрыгивать и покачиваться.
– «Огнивуш…», то есть «головни», – сказал Дэн, поморщившись. В свое время ему пришлось долго отвыкать от собственных названий, данных уже известным артефактам. Зато новые предметы, приносимые из Зоны, свойства которых определял, Денис неизменно называл по-своему. И те даже вносились в базу данных. И ему уже не приходилось обыкновенные «огнивушки» называть «головнями». – Встречаются в основном на пепелищах.
А дальше все пошло по накатанной колее. Тот, кого называли Николаем Борисовичем, достал узкий прозрачный клин с грубой алюминиевой рукояткой, лезвие было очень похоже на стекло, но, естественно, оказалось не им. Неужели они думали, что Денис не узнает «витринку»? У Ворона шесть лет назад уже имелся нож из нее.