Братьям Верди особо определяться было не нужно, потому что после окончания университета они оба вернулись в родной Милан и приступили к работе в компании отца. А вот Яна не устраивала перспектива возврата в родные пенаты. Даже с учётом того, что родными пенатами для него был Лондон.

Отец настаивал на Оксфорде или Кембридже. Мать, урождённая француженка мечтала отправить сына во Францию. Родители так и не смогли между собой договориться, поэтому Ян взял решение этой проблемы на себя — отказался от первого и второго, заявив, что поедет только в Йель и никуда больше. Нужно сказать, для восемнадцатилетнего мальчика он с завидным упорством отстаивал своё решение и, в конце концов, его отправили в Нью-Хейвен.

Единственным непреложным для Яна правилом во время их весёлой студенческой жизни всегда оставались постоянные физические нагрузки. Он профессионально занимался плаванием со школьных лет и был рад возможности делать это и впредь, выступая на соревнованиях различных уровней.

Для Яна плавание — сброс энергии, ненужного адреналина и очистка организма от компанейских возлияний. Он изнурял себя тренировками, наматывая километры в бассейне спорткомплекса колледжа, избавляясь, таким образом, от угрызений совести по поводу своей разгульной жизни.

Теперь он и сам удивлялся, откуда бралось столько сил, чтобы в одно и то же время вести такой образ жизни и учиться, имея один их самых высоких рейтингов по университету.

Днём он занимался разработкой проекта отеля, который он намеревался после защиты выставить на продажу через Интернет, что впоследствии и сделал.

Это была провокация в чистом виде, но она сработала. Поначалу к нему поступали непонятные предложения за смехотворные деньги, и он хотел было, отказаться от этой идеи, когда с ним связался представитель Насира — Аль-Сувейда, пригласив на переговоры. После комментариев Насира, к Яну стали поступать предложения о продажи за большую цену, но менять свои планы он не собирался. Нефтяной магнат с миллиардным состоянием, мог оказаться его пропуском в мир больших и быстрых денег, что было его целью.

Возвращаться в Лондон он не видел смысла. Родители уехали во Францию, так как не очень любезный и далеко не любимый, но всё-таки дедушка, отошёл в мир иной, оставив внуку небольшое состояние, а единственной дочери, матери Яна — их родовой и потомственный бизнес в виде винодельни недалеко от Тулузы.

Ян собирался использовать эти деньги как начальный капитал и организовать свою строительную компанию с единственным учредителем и генеральным директором в собственном лице. Поначалу, это, собственно, даже не была строительная организация, а скорее девелоперская компания.

Вложения были немасштабными, но Ян не собирался организовывать акционерное общество или привлекать партнёров. Подробное изучение экономических процессов дало ему хорошее представление о рейдерских захватах предприятий и грубых слияниях. Идти на такой риск он считал, по меньшей мере, глупостью.

Грегори Мур не был из богатой семьи и учился в университете по федеральному гранту, поэтому к предложению работать вместе с Яном отнёсся с должной радостью. Именно он убедил Яна обосноваться в Майами, в городе, где вырос сам. Он привёл другу тысячу доводов, почему они могут именно там добиться успеха и процветания, и Ян не ошибся, когда последовал его совету.

На первых порах они занялись девелоперской деятельностью, то есть разрабатывали и внедряли проекты и осуществляли подбор субподрядчиков и управляющих компаний, иногда выкупали несостоявшиеся проекты строящихся объектов, с их последующей перепродажей.

Когда поступило предложение от Насира-аль-Сувейда, Ян, недолго думая, рванул в Объединённые Арабские Эмираты, и занялся привязкой к местности своего впускного проекта. Это был план шикарного отеля на побережье, необычной архитектуры и королевской значимости. И конечно на постройку такого здания мог согласиться только арабский шейх.

Параллельно со строительством отеля Ян спроектировал «дворцы» для трёх сыновей Насира, а «дворцы» потому что ни у кого даже язык не поворачивался как-то иначе назвать эти шедевры «застывшей музыки», как говорил великий Гёте об архитектуре.

Пробыв в Дубае почти два с половиной года и закончив строительство, Ян с Муром благополучно вернулись в Майами. Продолжая застройки, Грант начал скупать землю на побережье, организовав при этом представительство своей компании в Милане, чему несказанно были рады братья Верди.

Итальянский язык Ян начал учить ещё на первом курсе просто из интереса. Да и как можно было его не выучить, живя в одной комнате с итальянцем.

В Милане его компания занималась тем же самым что и в Майами, только вот тут им пришла в голову идея как можно быстро и безболезненно увеличить свои доходы. Они выставляли отстроенные здания на аукцион, устраивая подставные торги. В этом неоценимую помощь оказывали Лисандро и Кристиано, предоставляя в качестве так называемых покупателей своих доверенных людей. Они искусственно завышали цену, поднимая её на порядок выше ожидаемой, и получали с этого заранее оговорённый процент. На руку было то, что подобные аукционы всегда были анонимными, и единственным условием было то, что каждый потенциальный покупатель должен был перевести первоначальную стартовую стоимость на счёт продавца. Если покупка не состоялась, деньги переводили обратно на счёт участника торгов.