– Забудь про фильм, мы идем гулять. Только мы, да?

– Конечно.

Он облокачивается на свои колени и говорит.

– Так что ты думаешь про Мари Брайд?

– Ну, она лучше Кристен.

– Я собираюсь пригласить ее куда-нибудь.

– А что случилось с Самантой?

Генри смотрит на землю и пинает камень.

– Я не знаю... С сексом все в порядке... Но она на самом деле мне не нравится.

– Почему ты продолжаешь спать с девушкой, с которой не встречаешься? И она уже третья с тех пор, как Кэрри Майер отшила тебя, не так ли? Почему ты просто не попытаешься вернуться к ней?

Лицо Генри становится розовым, розовее того светильника, что моя мама поставила в моей комнате, потому что, по ее словам, мне нужно что-то более женственное, чем спортивные светильники.

– Мари кажется классной…

– Ты имеешь в виду классной для того, чтобы встречаться с ней, а не просто позабавиться?

– Может быть.

– Мне нравится Кэрри.

Из всех девушек, которых я знаю, только ее я рассматриваю в качестве подруги. Когда мы только перешли в девятый класс, время, проведенное в раздевалке после тренировки в первый же день, было настоящим кошмаром. Я совершила ошибку, когда решила переодеваться перед капитаном черлидерш, которая стала насмехаться над моей плоской грудью перед остальными двадцатью девчонками. И Кэрри, черлидерша-девятиклассница, подошла к капитану и сказала ей заткнуться, она проявила настоящее мужество.

– Бьюсь об заклад, что тебе бы тоже понравилась Мари, если бы ты дала ей шанс.

Я пожимаю плечами, думая, что не тусуюсь ни с кем из тех, кто дружит с Кристен Маркум.

 - Но все же, почему Кэрри бросила тебя?

– Я уже сказал тебе, Вудс. Это личное.

– Но у нас никогда не было секретов друг от друга.

– Тогда почему бы тебе не сказать, почему ты так ненавидишь Кристен?
– он улыбается, и я бью его по руке.

– Перемирие!
– говорит он, ощупывая свой бицепс.
– Так ты хочешь пойти в «Туннель веселья» и поиграть в скибол [1]?

– Чудесно. Потом ужинаем у меня?

– Черт, конечно. Это же ночь жареной курицы, верно?

– Можешь быть уверенным.

Генри ужинает у нас дома пару раз в неделю и иногда остается на ночь. По правилам он должен оставаться в гостевой комнате, но Генри прокрадывался ко мне с восьми лет. Когда мама обнаружила это, она заставила нас спать валетом. Я всегда смеюсь, слушая его бесконечные причины по поводу того, почему мы должны спать лицами друг к другу: потому что так ему будет легче защитить меня, если кто-нибудь нападет, или из-за моих неприятно пахнущих ног.

– Перерыв окончен!
– кричит тренер.
– Вудс!

Вскочив на ноги, я собираю свои длинные светлые волосы обратно под шлем и бегу к пятидесятиярдовой линии.

– Подача, тренер?

– Попробуй крюк и боковое перемещение, о котором мы говорили.

– Хорошо, - это не легкий розыгрыш, но мы с Генри может его выполнить. Я должна послать короткий пас Генри, и когда защита двинется, чтобы отобрать у него мяч, он передаст его в беге назад тем, кто работает в центре.

Я бегу в центр поля и смешиваюсь с ребятами.

– Что за розыгрыш?
– спрашивает Джей Джей.

– Красный кролик, - отвечаю я.

– О, черт возьми, да, - говорит Генри, хлопая один раз в ладоши.

Мы все занимаем позиции, и Джей Джей бросает мне мяч, я слышу только тишину. Тренер Милер всегда разговаривает со мной через наушники в моем шлеме, так что когда он этого не делает, я удивляюсь. Что, черт возьми, он делает? Взглянув краем глаза, я замечаю директора идущего к тренеру с невероятно привлекательным парнем на буксире. Внезапно, у меня в первый раз в жизни возникают проблемы с коленями: они превращаются в резину. Я продолжаю глазеть, и меня сшибает с ног полузащитник, Картер, и его 250 фунтов. Я лечу назад, падаю на землю, голова идет кругом внутри моего шлема. Ох.

•••

Где, черт возьми, Джей Джей? Почему он не защитил меня? Это был первый раз, когда я была сбита за все время. С моей работой ногами и мускулистым телом Джей Джея размером с материк этого не должно было случиться.

– Джордан! – я слышу крик мамы с трибуны.

Генри подбегает, срывая на ходу шлем, и падает на колени рядом со мной. Закусив губу, он кладет руку на мое предплечье. Затем Картер падает рядом со мной.

 - Прости, Вудс. Я пытался остановиться. Какого черта ты просто стояла там?