– Ага, а особенно к незнакомой лягушке приставать, - хмыкнула я.

Вообще-то собиралась грозно сказать, да отрыжка помешала. А этот...дурак ласково посмотрел и головой покачал:

– Ничего, суженая моя! На свадьбе поцелуемся! Теперь поспешим, царь-батюшка ждет!

Эх, прощай болото, кажись, увозят в Златоград! А там, я от перелетных уток слышала, насекомые тощие и юркие, да еще заморским дихлофосом травленные. Придется ГМО питаться, а как оно на икре скажется? Проползала тут мимо одна черепаха из столицы, говорит, после тамошних кузнечиков у неё в кладке вместо черепашат какие-то трехпалые вылупились, "ниндзя" орут да палками машут! Бедная я!

Вёз меня царевич через весь Лес, долго ли коротко ли, не знаю, не ведаю, задремала в платочке-то. Конь у Ивана сразу видно, царский - и не укачало совсем.

Проснулась от визгу.

– Йа-а-а!
– визжали две девицы в кокошниках по сторонам от меня.
– Лягушка!!!

– Прошу не оскорблять мою будущую супругу, - Иван накрыл ладонью платочек со мной. Смотрите, какой заступник!

– Скорым пирком да за свадебку? Через три дня организуем!
– потирая руки, усмехнулся лысый мужичишко с короной на голове, и тут я догадалась, где очутилась.

– Ква-ква, простите, - робко высунулась я из-под ладони Ивана и обвела присутствующих любопытным взглядом, - а что, собственно здесь происходит?

– Она ещё и говорящая!
– на два голоса запричитали девицы, а один из мужчин в странной шляпе и с сачком в руке подбежал к моему царевичу.

– Это феномЕн! Амфибия воспроизводит человеческую речь! Иван, как долго ты её тренировал?

– Тце-тце-тце, - пощелкал языком другой, в латах и рыцарском шлеме, - нечисть в дом притащил! Она же родственница Змеям!

– Ничегошеньки подобного, - возразила я, - если только жабам...

– Тут еще и жабы?
– подобрав сарафаны выше колен, запрыгали по царским палатам две суматошные девицы.

Крик и шум поднялся!

Девицы визжат, ногами топают. Мужик в латах мечом и копьем гремит на Ивана, второй, с сачком, упрашивает отдать говорящую земноводную ему на опыты для пре-по-ра-ции. Иван вежливо объясняет всем, что я его заколдованная невеста, и никому он меня не отдаст, а если уж его дорогие братья завидуют выбору младшего, так еще не поздно сдать тех двух истеричек назад, где взяли: "На болоте лягушки еще остались, авось какая глянется". Я от возмущения только квакаю громче обычного. А царь-батюшка сидит на престоле и улыбается.

– Молодежь!
– окликнул Ермил нашу честную компанию, и всё смолкло.
– Своею царскою властью объявляю вас мужьями и женами. Богдан и Марьюшка, совет вам да любовь!
– подозвал царь к себе удивленных мужчину в латах и ту девицу, что повизгливее.

Расцеловал в щеки новобрачных и выпроводил за дверь.

– Митрофан и Алёнушка, совет вам да любовь!
– следующим Ермил перецеловал царевича, сжимающего в одной руке сачок, а в другой руку возмущенной девицы в съехавшем на бок кокошнике.

– Иван и...

– Царевна-Лягушка, - подсказал Иванушка-дурачок и протянул, было, меня под царские поцелуи, но царь сморщился и ограничился дружеским похлопыванием по плечу царевича.

– Иван и Царевна-Лягушка, совет вам да любовь!
– кивнул Ермил на дверь из царских палат, показывая нам, что прием окончен.

Принес меня царевич в свои покои.

– Говорят, хорошая примета, невесту через порог на руках вносить, - улыбнулся Иван, опуская платочек со мной на стол.

– Иван! Царь серьезно, что ли, нас поженил?
– уставилась я на своего "благоверного". От испугу аж квакнуть забыла.

– Конечно! Ведь не зря мы стрелы пускали. Батюшка повелел жениться на той, возле которой стрела воткнется, - важно кивнул в ответ Иван.

– Зачем же ты, Иван, на юг стрелу пускал? Али не знаешь, что в той стороне болото?

– Куда было стрелять? Богдан так выстрелил, что стрела ровнехонько возле боярской светлицы очутилась. Митрофанушка тоже изловчился, и к купеческим покоям стрела его улетела. А вот я немного с расчетами перепутал... Траекторию не скорректировал,... не учел скорость ветра, - повинно опустил голову царевич.

– И к кому твоя стрела должна была прилететь?

– К Василисушке, библиотекаря нашего дочке, - тихо, не поднимая глаз, признался Иван, а потом резво так на колени перед столом бухнулся, - но ты, супруга моя, не думай, я не жалею! Сейчас тебя поцелую, и вмиг станешь прекрасной царевной!

– Вот ты дурак!
– у меня от нервов глаза закатились.
– Да я лягушка самая обыкновенная!

– Ага, - не поверил мне Иван, подходя к рукомойнику в углу и старательно выдавливая зубную пасту на щетку, - ефе скафы, у ваф на бофоте вше фашговафивают!