Шрифт:
— Многого я не потребую. Дружеская беседа вечером, купание на закате, прогулка утром по пляжу. Ничего особенного.
— Дай мне подумать.
Она не обманывалась насчет предложения Нормана. Он снова пытается повести Дженни по той дороге, которую выбрал для нее. И он, и она прекрасно понимают всю нереальность этой платонической идиллии. Норман страстно желает ее. Дженнифер взглянула на него, поймала лихорадочный блеск угольно-черных глаз. И она тоже хочет его, с такой же силой страсти. В ту же секунду она поняла, что согласится на любые условия.
7
Его участившееся дыхание раздавалось над самым ухом Дженни.
— Соблазнительно, не так ли? — вкрадчиво проговорил Норман.
— Соблазнительно, — согласилась Дженни без особого энтузиазма.
Они были женаты, они ненавидели друг друга, она презирала его. И любила. Как такое возможно, Дженни не знала, но так было, и она ничего не могла с этим поделать. Норман украл ее сердце. И ей совсем не хотелось отдавать его Арабелле. В конце концов, они муж и жена, у них медовый месяц и они едут отдыхать.
Нет, Дженни обманывала себя. Но у нее была неясная, зыбкая надежда, что, когда они останутся одни, она, отдав ему свою любовь, сможет получить в ответ его.
Никогда она не вела себя так глупо и непоследовательно. Как своевольный ветер направляет послушный флюгер, так и Норман вертел ею, как хотел. И каждый раз она подчинялась ему. Потому что он похитил ее сердце и взял в плен душу. Куда девались ее гордость, ее самолюбие.
— Значит, в аэропорт, — небрежно сказал Норман. Но напряженная линия рта выдала его неуверенность.
— Я не знаю.
— Нет, знаешь, — жестко проговорил Норман. Мы должны переодеться. — Он распахнул дверцу машины. — Так. Нам нужны джинсы. Вот твои вещи. — Он поставил чемодан на сиденье и открыл крышку. — Где бы они тут могли быть?
Они склонились над аккуратно уложенной стопкой одежды. Головы их соприкасались, пальцы задевали друг друга, и каждый раз огонь пробегал по телу Дженни.
— Вот, — облегченно пробормотала Дженни, вытягивая брюки из-под мягкого белоснежного свитера.
— И свитер тоже возьми. — Он улучил момент и поцеловал ее в губы. Ей невыносимо захотелось ответить ему тем же, но она остановила себя. Скоро этот человек исчезнет из ее жизни. Слезы бессилия покатились по щекам Дженни.
— Не надо, — прошептал он, не отрываясь от ее губ. — Аэропорт. И на острова. — Он словно вдыхал в нее эти слова, проговаривая их прямо в ее полуоткрытый рот и сопровождая их нежным и настойчивым взглядом.
— Что, вот так, в джинсах? — сказала Дженни первое, что пришло в голову, лишь бы звуком своего голоса разрушить чары. — Не думаю…
Он резко отстранился от нее.
— Хотелось бы мне, чтобы ты вообще перестала думать. Было бы лучше, если бы ты следовала своим естественным потребностям. Джейн, нам нельзя упускать этот шанс, — горячился Норман. — Мы должны быть вместе. Как долго, выяснится потом. Но сейчас мы не можем расстаться.
— Что же нам помешает? Неудовлетворенное желание? — горько спросила Дженни.
— Да! — глаза его сверкнули. — Сейчас оно жжет нас изнутри, не давая возможности думать ни о чем другом. Мы должны выпустить этого демона, потому что иначе он не даст нам покоя.
— О, Норман. — Дженни тяжело вздохнула.
— Поедем, Джейн. Мы будем бродить под звездами. Я расскажу тебе историю моей жизни, а ты расскажешь мне свою. Мы станем друзьями. Возможно, это и есть наша судьба.
Дженни колебалась.
— Мы будем вдали от цивилизации. Теплое море, хорошая еда. Поедем. Укроемся от всех и будем зализывать наши раны.
— Я… я, конечно, хотела бы уехать куда-нибудь, — задумчиво произнесла Дженнифер. — И я не вижу, почему бы не согласиться, только…
— Ну, и я не вижу, — быстро проговорил Норман. — Переоденься в машине. Я скоро присоединюсь к тебе. — И, прежде чем она успела возразить, решительно усадил Дженнифер на сиденье.
Шофер, будто только что очнувшийся от глубокого сна, расправил плечи и произнес бодрым голосом:
— Я тут поспал немного. Куда ехать, сэр? — спросил он невинно.
— В аэропорт, после того как мы переоденемся. — Норман схватил руку Дженни и прижал к своим губам. — Ты ведь не откажешься от такого приключения, дорогая? — промурлыкал он.