— Подвиг сам по себе безрассудство, — пожал плечами гном.

— Ты хочешь расспросить старосту. Боюсь, я тебя разочарую, люди из деревни стараются не заходить далеко в болота.

— В том то и дело, что крепость стояла почти на границе с человеческими землями. К сожалению, когда эльфийский туман вырвался на свободу, то он поглотил и тот участок.

— Правильно ли я поняла, что вы уже посещали то место, где она стояла? — уточнила я.

— Первым же делом, но крепости на месте не оказалось. Наши карты не могут лгать. Поэтому мы решили поспрашивать местный народ. К сожалению, здесь мало кто живет. Ты второй адекватный человек, встретившийся нам, — хмуро произнес воин.

— Кто был первым?

— Охотник за прошлым.

— Он мертв?

— Да.

Ответ был очевиден. Из Тумана не так просто выбраться, а вынести что-то еще тяжелее. Но всегда найдутся люди, которые стремятся к легкой наживи. Охотниками за прошлым становились многие, но не многие возвращались. Когда Туман поглотил огромные территории, вместе с землей, ставшей топью, пропали и поселения. Три пограничных города, не считая десяток другой деревень. До сих пор находятся отчаяние люди, которые готовы рискнуть своей жизни ради добычи. Гномы повстречали одного из них. Вот только слова о его разумности спорны. Никто в здравом уме не полезет в Туманные топи.

— Что же ты хочешь узнать у старосты деревни?

— Есть вероятность, что нашу крепость уничтожила Империя. Хочу узнать, кто из дворян мог это сделать.

— Зачем? — недоуменно спросила я.

— Чтобы нанести ему визит вежливости.

— Гном, ты, наверное, забыл, что люди живут не столь долго, как вы. Вполне возможно, что этот воображаемый род давно исчез.

— Значит, найдем, кому отошло имущество покойного.

Я с интересом посмотрела на гнома. Нет, конечно, целеустремленность этого народа давно стало темой для шуток, но чтобы так. Минуту я молчала, обдумывая все сказанное ранее. Из слов гнома выходило, что они ищут не конкретно крепость, а что-то, что там хранилось.

— Знаешь, что меня больше всего удивило в твоем рассказе, гном?

— Ну?

— Почему причину исчезновения крепости вы видите в людях?

— Ничего личного, Ярогнева. Но вы как термиты, только пожираете все то, что попадается на вашем пути.

— Забавно, но доля истины в твоих словах есть.

— Вот видишь, даже ты, будучи человеком, этого не отрицаешь.

— Я вообще отношусь ко многим вещам скептически. Например, мне не ясно почему все-таки люди? Эльфы не могли этого сделать? — с любопытством спросила я. На самом деле мне было интересно услышать про них хоть что-то. Те эльфы, которые живут в Империи давно уже не истинные. Во многом нас создает окружение, вот они и изменились, подстраиваясь под него. Мне же интересно узнать, что представляют собой те эльфы, что подняли завесу между Империей и своими землями. У них сейчас уже не спросишь, они сами изолировали себя. В Академии Начал расу эльфов проходят вскользь, обосновывая это тем, что им не пройти к нам через преграду.

— Эльфы… В Империи эльфы не показывались с тех пор, как возник Туман, поэтому ты навряд ли знаешь, что им не подвластен камень.

— В смысле?

— Все так и есть. Они просто бы не смогли разрушить крепость. Когда наши народы пришли в этот мир, то и нам и эльфам достался дар. Мы могли слышать землю. Но если они управляли "живой землей", то мы наделили "душой камень". В эльфийской природе заложено созидание. И то, что обработано гномами, эльфам не разрушить. Мы же в свою очередь не способны уничтожать их магические леса. Именно поэтому, сколько мы не воевали, истребить друг друга не в силах. Но вот пришли люди, — гном замолчал. Действительно, что можно здесь еще добавить. Люди могут и созидать, и разрушать. Но ломать — не строить, поэтому две древние расы закрылись в своих владениях.

— Подведем итоги. Эльфы не способны разрушать ваши творения, но крепость пропала. Отсюда следует неутешительный вывод — виноваты люди, — усмехнулась я.

— Ты находишь это смешным? — возмутился воин.

— Знаешь, в твоей логической цепочке есть изъян, гном.

— Вот как, и какой?

— Эльфы способны созидать, так? — азартно спросила я.

— Так, — включился в наш диалог Бродерэйд.

— Как творцам им нет равных. Согласны?

— С этим бы утверждением я бы поспорил, — буркнул гар [1] Фенд. — Наши мастера…

— Сейчас мы просто рассуждаем, — невежливо перебила я. — Но, чтобы успокоить твое тщеславие, замечу, что эльфам нет равных в магическом созидании.

— Пожалуй соглашусь, только никому не говори, — улыбнулся Гарбхан. В глазах мужчины заискрился лукавый огонек, и сеть морщинок очертила их. Он пытался шутить. Так мне улыбался дедушка. Я же впервые заметила, что гном-то стар.

— Теперь перейдем к главному. Туман — это результат созидания эльфийских магов. Он вполне разумен и силен. Почему он не мог что-то сотворить с вашей крепостью?

— На наши творения правило тоже распространяется, — победно усмехнулся Гарбхан.

— Заметь, гном, я сказала что-то сотворить, а не уничтожить.

— Объясни, — потребовал он. Из глаза Гарбхана пропала улыбка, передо мной уже был воин.

— Все просто. Не знаю почему, но вы не учли одну особенность Тумана. Скорей всего вы просто не знали о ней. Вам не приходило в голову, что наша встреча была необычна.

— Из Тумана всегда выходят в неожиданном месте.

— Но не из этого. Он способен перемещать любые объекты в пределах своего "плаща".