— Да ладно, хорошая погода. Прохладно, — щелчком пальца Дэниел отправил за окно автобуса сигаретный бычок.

— Видимость плохая. Еще и взлетку небось приморозит.

— Называй вещи своими именами. Тебе страшно.

— Это последний экзамен.

— Радуйся!

— Я выжить хочу!

— А, то есть сдашь ты его или нет, тебе уже не важно?

Майрис уже давно запомнил, что переспорить Дэниела невозможно и потому отвернулся, а Пилот достал новую сигарету.

Ехавшая позади колонны карета скорой помощи еще больше сгущала краски.

Боялись этого испытания все курсанты. Летали по ущелью несколько раз, пробовали работу в парах, но все равно боялись. Пока ехали автобусы, Дэниел все смотрел по сторонам и отмечал будущие команды. Вот сидят сокурсники, там другие. А вон впереди бодро беседует курсант с молодым Пилотом. Оба похожи. Возможно, братья. За ними снова сокурсники, через три сидения — снова парочка с уже одним бывалым Пилотом. Все знали лазейку в экзаменационных правилах по этому вылету. И кто имел возможность — привлекал на помощь старших. Комиссия закрывала на это глаза и только лишь в случае явных бездействий испытуемого снимала драгоценные баллы. Хотя как можно бездействовать в таком экзамене, Дэниел понятия не имел. На то он и командный.

— …Результаты ваших полетов будут оцениваться с камер, развешанных по всему ущелью, а так же с датчиков и радаров наружного наблюдения ваших самолетов. Все записи будут отправлены в Центр и внимательно изучены. Результаты экзамена будут озвучены через два дня, — нудным голосом объяснял порядок проведения испытаний член комиссии.

— А теперь пусть один человек из каждой команды вытянет свой номер по жребию.

И когда Майрис вытянул карточку с цифрой «15» он тяжело вздохнул и снова приуныл.

— Зато полюбуемся побольше на других чудаков, — звонко хлопнул парня по плечу Дэниел и уселся на скамью рядом.

— Тебе лишь бы над другими смеяться.

— Неправда. Я набираюсь опыта на чужих ошибках.

— Говорят, свои запоминаются лучше, — язвительно отметил Майрис.

— А у меня память хорошая.

Понять, что и Дэниел тоже нервничал перед испытанием, можно было только по тому, как часто он брался закуривать. Эта вредная привычка изрядно раздражала Майриса, но он молчал, лишь недовольно отмахиваясь от дыма и косясь на пачку дорогих сигарет, которые Пилот небрежно раскуривал как стандартный в академии «Перекур».

Когда пятнадцатый взлет позвали на старт, Майрис был уже как заведенный.

— …Нет, ты же помнишь! Спираль. Спираль! Ее так никто и не сдал. Все пропускали кто один удар, кто больше. Но пропускали.

— Ну и что. Удары то маркером. Чего бояться, — спокойно шел к кораблю Дэниел.

— А руины? Да я не разверну там эту баржу на сто восемьдесят!

— Я скажу, когда разворачивать.

— А «рой» в облаках? Ты сам говорил, что быстро наводиться не умеешь.

— Придется…

— Но как?!

— Лезь в кабину! — раздраженно рявкнул на Майриса Дэниел и громыхнул за собой дверью.

Майрис мышью юркнул на кресло основного пилота.

— Куда полез? А ну вон! — все еще приказным тоном шугнул Дэниел.

— Ну как же… это… ну ведь!

— Вон пошел на место наводчика, — палец Пилота уперся в тесной кабине во второе кресло. — Стрелок фигов. Захочешь порулить — у тебя есть чем. Но в остальное время будешь отстреливать мишени. Ясно?

— Так ведь не положено, — пискнул то ли в надежде, то ли от растерянности Майрис.

— Нигде строго не указано. Кыш.

И Майрис быстро перескочил на кресло второго номера за дублирующий штурвал и панель бортстрелка.

«Борт 0.3, взлет Пятнадцатый, вам разрешен подъем», — услужливо озвучил оператор по связи с самолетом.

— Борт 0.3, принял. Взлетаем, — эхом ответил Дэниел мысленным сигналом через подключенный к шлему передатчик.

«Майрис? Связь?»

«Есть связь», — по привычке кивнул парень, выводя необходимые настройки для взлета.

Зачем говорить вслух? Зачем перекрикивать рев двигателей, когда есть шлем, один чип в голове у каждого и централизованный канал связи на самолет? Зачем совершать много лишних движений, если можно передать компьютеру всю пачку необходимых параметров. Зачем излишне стараться, когда можно включить автоматику и дать машине команду на взлет лишь страхуя штурвал руками. Майрис невольно косился на Дэниела и не переставал удивляться, с какой легкостью тот отдает себя в распоряжение компьютеру и растворяется в нем. Почти погружается в электронный мир, лишь частью сознания контролируя внешнюю среду и пожирая глазами смотровые мониторы.

Когда самолет оторвался от земли, Майрис положил руки на штурвал, закрыл глаза, сосредоточился и приказал компьютеру вывести сетку с прицелом на монитор. После чего открыл глаза, убедился, что маркер прицела следит за его взглядом и на время расслабился. У них была минута, чтобы долететь до начала ущелья.

А после нее — начался зачет.

Рывок, Дэниел слегка отклонился, самолет вильнул вправо и проскочил под нависающей скалой. Где-то рядом должна была стоять турель… Бойкий сигнал, как толчок, ударил Майриса в сознание и он скорее инстинктивно, чем обдуманно выстрелил в показавшуюся из-за поворота пушку.