— Запугивает, гад такой. Бухло свое отрабатывает, — едва слышно хохотнул рядом с Майрисом длинный новобранец по имени Син.

— …А что касается прямого нарушения приказов, — повысил голос прапорщик и бешеным зверем уставился в сторону Майриса и Сина, — халатного отношения к обучению, то, деточки, я имею право вас так вздрючить, что вы добровольно пойдете вылизывать мне взлетку, пока с нее одним толчком пальца чугунный утюг не начнет взлетать. Благо я имею право заставить вас ее драить, что зафиксировано на странице семь вашего контракта в третьем абзаце!

Все это время грозный мужик пожирал глазами парней и Майрис мечтал уже провалиться сквозь пол, только чтоб исчезнуть из поля зрения прапорщика и снять с себя подозрения. Уж очень не хотелось ему по вине соседа-дурака получать с ним за компанию наряд вне очереди в первый же день. Так не хотелось, что даже какая-то позорная мелкая дрожь пробрала изнутри. А ведь он даже успел себя подготовить к такому началу. Догадывался, что в первые минуты пребывания на Базе их встретит именно такой «злобный прапор», который, как по учебнику, должен запугать и опустить новобранцев. Это ведь везде так положено. Потому что любой солдат (а курсанты сейчас таковыми являлись) должен в первую очередь познать свое место и право — которого у него поначалу нет.

Но вдруг этот распинавшийся секунду назад злобный прапорщик, плевавший слюной от натуги, как-то разом сник и сжался. Черты лица разгладились, руки опустились из-за спины и выпрямились по швам. А взгляд прапорщика устремился куда-то поверх голов новобранцев, на лестницу, откуда несколько минут назад спустился он сам.

По шеренге еще не надрессированных бойцов пошло едва заметное оживление и кто-то попытался незаметно оглянуться. На что чуткий прапорщик грозно оскалился и рявкнул:

— Смирно! Командир на мостике!

О каком к чертям мостике и каком командире шла речь, Майрис сначала не понял, но происходящее дальше действо вновь приковало все его внимание.

В пустом огромном ангаре чеканные шаги тяжелых ботинок по полу были слышны особенно отчетливо. Размеренно, будто выверяя тщательно каждый шаг, к шеренге новобранцев сзади подходил человек.

«Высокий? Могучий? Страшный? — лихорадочно размышлял Майрис, фантазируя образ командира. — Четкий шаг, хорошая осанка, старая выправка… Немолод. Строг. Не терпит ни малейшего нарушения… вон как прапорщик в струнку вытянулся. Да это тот еще монстр по сравнению с ним, наверняка. И сейчас он выйдет перед строем. Вот, да… Пара шагов… Да это же!..»

Глаза Майриса стали размером с два блюдца, когда командир обошел шеренгу и окинул всех скользящим, холодным взглядом.

Темные каштановые волосы выглядывали из-под серой фуражки с серебряным орлом, держащим в лапах венок с планетой — символом Военно-Воздушных Сил человечества. Знакомое уже волевое лицо, аккуратная темная бородка с усами и серые уставшие глаза. Командирская черная парадная форма сидела на нем как влитая. Поверх кителя был надет белый ремень с кобурой под офицерский личный аннигилятор. На плечах блестели витые погоны с двумя звездами, а на воротнике стойке — петлицы с одинарным дубовым листом.

«И этот человек подбросил меня автостопом до Базы?!» — изумился Майрис.

Командир остановился рядом с прапорщиком, вежливым кивком ответил ему на воинское приветствие «под козырек» и лишь потом повернулся к бойцам и заговорил сильным спокойным голосом.

— Меня зовут Джейкоб Аллен. Я — полковник военно-воздушных сил человечества и являюсь главным командующим этой Базы. С этого дня вы все попадаете в мое распоряжение и под мою ответственность. Я рекомендую вам хорошо запомнить меня. Возможно, перед реальным боем я буду последним, кого вы услышите в жизни. Все будет зависеть от того, как вы будете учиться летать и взаимодействовать друг с другом. Надеюсь, вы понимаете, на что подписались. Моя ответственность не спасет в бою вас и ваших друзей. Всё мое дело — это дать вам необходимые знания и условия для выживания. Сейчас же отдыхайте, пока есть возможность.

Полковник сделал паузу, а прапорщик по одному тону все понял, подобрался и громогласно скомандовал на весь ангар:

— Налее-во! Вперед по коридору, молодняк!

Новобранцы похватали свои рюкзаки с пола и неровным строем поспешили к выходу. Майрис обернулся было на полковника, но тот уже потерял интерес к молодому поколению бойцов и, отойдя в сторону, с улыбкой потрепал за ухом большого черного пса. Собака возникла из-за нагромождения коробок и щитков совершенно беззвучно.

— Так вот куда ты запропастился, — сказал Джейкоб, почесывая счастливому псу загривок. — Я уж думал, что ты пропал.

Черное как смоль животное прижимало довольную морду к командирской ноге и с удовольствием подставлялось под руку.

— Чего застыл? — толкнул Майриса неуемный Син, едва не врезавшись в него. — Вперед, не отставай от коллектива! Сейчас как раз новые портянки выдавать будут!

Опечаленный тем, что пересечься взглядом с Командиром так и не вышло, Майрис ускорил шаг и пошел следом за строем прочь из ангара.

Не прошло и часа, как молодых рекрутов переодели в легкую весеннюю форму, по четверо распределили по комнатушкам и вновь ором, перемежающимся словесными пинками, собрали на плацу перед казармой.