— Comment tu t’appelles? — по-французски спросила Сейхан, присев на стульчак унитаза. — Как тебя зовут?

— Je m’appelle Renny… Renny MacLeod, — тяжело дыша, ответил юноша.

Он произнес эти слова — «меня зовут Ренни… Ренни Маклеод» — по-французски, но с типично шотландским акцентом.

— Ты говоришь по-английски? — спросила Сейхан.

Юноша кивнул и облегченно вздохнул.

— Угу. Что происходит? Где я?

— Ты в беде.

Ренни Маклеод растерянно посмотрел на нее.

— Что последнее ты запомнил? — спросила Сейхан.

— Я был в пабе, — неуверенно ответил он. — На Монпарнасе. Кто-то принес мне пинту пива. Всего одну. Я не принимал никакой наркоты… честно… ничего подобного, но это было последнее, что я запомнил. Потом очнулся здесь.

Значит, его тоже опоили каким-то зельем. Принесли сюда и, как и ей, надели ошейник. Но зачем? Что это за игра?

Зазвонил телефон, и пронзительный этот звонок эхом отлетел от кафельных стен.

Сейхан обернулась, подозревая, что сейчас получит ответы на свои вопросы. Она встала и вышла из ванной. Шлепанье босых ног по мраморному полу подсказало ей, что юноша внимательно слушает. Она взяла трубку с аппарата на прикроватном столике.

— Значит, вы оба очнулись, — произнес по-английски голос на том конце линии. — Отлично. Время не ждет, его остается все меньше и меньше.

Сейхан узнала этот голос. Он принадлежал доктору Клоду Бопре, историку из Сорбонны. Она представила себе подтянутого седовласого француза, сидевшего напротив нее в баре «Хемингуэй». На нем был потертый твидовый пиджак, однако истинная сущность этого человека таилась не в покрое костюма, а в аристократических манерах, в которые он кутался, словно в дорогой плащ. Сейхан предположила, что некогда его предки носили дворянские титулы: бароны, маркизы или виконты. Но это было давно. Возможно, он потому и стал историком, чтобы хотя бы так вернуть себе некогда блистательное прошлое.

Утром Сейхан встретилась с ним, надеясь купить у него документы, касающиеся истинных лидеров Гильдии, однако обстоятельства явно изменились.

Неужели он вычислил, кто я такая? Если это так, то почему я до сих пор жива?

— Мне нужны ваши уникальные способности, — объяснил историк, как будто прочитав ее мысли. — Я приложил немалые усилия, чтобы выманить вас в Париж, соблазнил возможностью получить ответы на нужные вам вопросы. Вы едва не опоздали.

— Так, значит, это была ловушка?

— Нет, вовсе нет, мадемуазель. У меня действительно есть документы, которые вам нужны. Как и вы, я воспользовался неразберихой, царящей среди ваших нанимателей — ваших прошлых, моих настоящих, — чтобы заполучить документы, за которыми вы охотитесь. Сейчас я просто обговариваю цену.

— И какова ваша цена?

— Я хочу, чтобы вы нашли и освободили моего сына прежде, чем его убьют.

Сейхан с трудом поспевала за его словами.

— Вашего сына?

— Его зовут Габриель Бопре. Он подпал под чары одного соотечественника и члена нашей организации, личности в высшей степени омерзительной. Этот человек — глава тоталитарной секты, по-французски она называется l’Ordre du Temple Solaire.

— Орден Храма Солнца, — вслух перевела Сейхан.

При упоминании этого названия лицо Ренни как будто окаменело.

— Oui, — произнес в трубке голос Клода Бопре. — Десять лет назад эта секта привлекла к себе внимание серией самоубийств в двух деревнях в Швейцарии и еще одной — в канадском Квебеке.

Членов этой секты находили мертвыми — они сами принимали яд или смертельную дозу наркотика. Одно место было подожжено в последнем ритуале очищения. После этого многие поверили, что секта прекратила существование, но на самом деле она лишь ушла в подполье, служа новому своему хозяину — Гильдии.

Бывшие хозяева Сейхан часто использовали подобное безумие в собственных интересах, направляя вспышки насилия в нужное им русло.

— Однако у нового главы секты — Люка Веннара — далеко идущие планы. Как и мы, он намерен использовать нынешнее ослабление Гильдии для того, чтобы самоутвердиться, посеять в моем прекрасном городе хаос. По одной только этой причине его нужно остановить. Что еще хуже, он заморочил голову моему сыну. Каких только сказок он ему не наговорил: и о якобы еще существующем Ордене тамплиеров, и о священном предназначении секты прислуживать новому богу-королю — вроде самого Веннара, и о кровавом преображении человечества, которое потребует огня и жертвоприношений. Особенно человеческих жертвоприношений. Как сказал мой сын до своего исчезновения, «новая великая чистка возвестит миру о рождении нового короля-солнца».

— И когда это должно произойти? — спросила Сейхан.

— Сегодня в полдень, когда солнце достигнет зенита.

Сейхан бросила взгляд на каминные часы. Остается меньше двух часов.

— Вот поэтому я и принял экстраординарные меры, чтобы гарантировать ваше сотрудничество. Ошейники призваны не только наказывать, но и приспособлены для убийства. Попробуйте покинуть пределы Парижа, и вы встретите самую мучительную смерть. Посмейте не найти и не освободить моего сына — и вас ждет то же самое.